|
|
||
|
Две
иммиграционные
программы
переходят
под
эгиду Выпуск 6(48)
Последние "экспериментальные" нововведения в системе приема беженцев и быстрого назначения им дат слушания в Монреале уже дали свои плоды в виде протестов. Иммиграционные советники (адвокаты в их числе) бойкотируют беженские слушания в Комиссии по иммиграции и беженству. Произошло это из-за нововведений, о которых мы писали раньше (МВ- (45), 4 февраля 2000 года), по которым дату слушания объявляют уже через семь дней после подачи заявления на беженство (но не "ПИФа"). А вот теперь ныне действующий глава Министерства гражданства и иммиграции Элинор Каплан, идя по стопам своей предшественницы, мадам Льюсьен Робьяр, запланировала частично реформировать систему определения заявителей на статус беженца и слегка модифицировать последующие федеральные иммиграционные программы, касающиеся этой категории заявителей. Это, в частности, программа "риск возвращения" (по-англ. - Risk of return, которая официально называется: Post-determination Refugee Claimants in Canada -PDRCC), а также "гуманитарно-сострадательная программа" (Humanitarian & Compassion Application for Landing). По новым иммиграционным правилам, из ведомственной подчиненности Министерству гражданства и иммиграции эти две программы перейдут в юрисдикцию Комиссии по иммиграции и беженству (Immigration & Refugee Board). Документы по первой из программ, то есть "риск возвращения", правильно и своевременно поданные и составленные по фактическому материалу, на сегодняшний день блокируют и отодвигают порою до 18-20 месяцев выписку отъездного ордера из Канады, но нередко бывают случаи, когда отказ по этой программе приходит и через две недели после отправки заявления и документов на неё, а вместе с отказом приходит и "предложение" покинуть Канаду. Программа эта отличается тем, что даже если заявитель-неудачник по беженству (получив после суда-слушания соответствующий бланк вместе с негативным ответом) письменно не подаст документы на нее, то она все равно будет рассмотрена иммиграционным офицером без всякого последующего письменного участия заявителя, то есть автоматически. Вторая программа ("гуманитарно-сострадательная программа") фактически - заявление на постоянное место жительства в Канаде по гуманитарным и сострадательным критериям, поданное до октября 1999 года, - тоже блокировала отьездной ордер - "добровольный" отъезд из Канады. Документы по этой программе обычно рассматривали от 6-7 месяцев до года и более, а человек ждал. К сожалению, ныне она уже не является "инструментом" задержки отъезда. Обе эти программы до сих пор находились в ведении Министерства гражданства и иммиграции, а вопросы по ним решаются в больших иммиграционных центрах, таких, как, например, Монреаль. То есть судьбу заявителей по этим программам решали - и пока все еще решают - иммиграционные офицеры на местах. Они-то и принимают решения - отказать или оставить, то есть признать аргументы заявителей весомыми и, следовательно, дать вожделенный статус. Но теперь схема будет меняться. Это пока - законопроект, хотя не вызывает сомнения, что данные нововведения будут приняты правящим большинством парламента Канады нынешнего созыва. А, как известно, парламентское большинство в Канаде и правительство Канады практически едины - и те, и другие- члены Либеральной партии и подчиняются партийной дисциплине. Поэтому, вероятнее всего, исходя из практики, можно предположить, что изменения эти произойдут и вступят в силу месяцев через шесть, то есть к июлю-августу 2000 года. Так что же конкретно изменится? Прежде всего, с момента введения новых правил, слушания в Комиссии по беженцам будут проходить под руководством и председательством одного-единого судьи-комиссара. В настоящее время комиссаров, как правило, двое, хотя бывают случаи, когда слушания проходят под руководством одного комиссара. Планировалось в свое время ввести даже третьего комиссара. Но остановились все же на одном. Если результат беженских слушаний будет негативным, то этот же комиссар и будет определять решения по двум вышеупомянутым иммиграционным программам, то есть, подходит ли отказник или отказница под программу "риска возвращения" или "гуманитарно-сострадательную программу". В итоге эти две программы передаются из ведения исполнительной власти в ведение судебной власти и ее административного крыла - административного беженского трибунала. Логика здесь очень проста. Теперь один и тот же человек, комиссар комиссии-трибунала, ознакомившись с беженским досье и проведя слушания находится в курсе данного дела. Теоретически он знает заявителя лучше, чем чиновник иммиграции, который ни разу заявителя не видел. Ведь именно такой комиссар и находился в курсе всех перипетий заявителя. Кому как не ему знать все тонкости биографии заявителя-отказника, особенности его поведения на слушании и прочие обстоятельства и нюансы, включая биографические, профессиональные и образовательные данные и достижения. С другой стороны, существует риск, что такой комиссар, наделенный неограниченной властью по всем трем программам, может быть не очень-то объективным. Ведь он будет единственным ответственным за все три решения. Пока не ясно, должен ли будет заявитель-отказник подавать прошения (как это делается сейчас) или две программы будут автоматически рассмотрены без его участия и заявления. Вывод напрашивается сам по себе: пока еще не поздно и новые правила не стали нормой, часть заявителей-отказников по беженству сможет воспользоваться этими двумя программами: кто - в срочном порядке, а кто - по мере "созревания". Документы заявителей-отказников, успевших подать ходатайства-заявления по этим программам до вступления в силу нового законодательства, будут рассматриваться именно иммиграционным ведомством, так как любой новый закон, как правило, не имеет ретроактивности, то есть не распространяется на события минувшие.
|
||
|
|
||
|
|
