Главная страница

Пират и Дези
 

                                                  
  Выпуск 6(48)
 
 

      На охоту они ездили в одной машине, так как Николай, хозяин Пирата, и Василий, владелец Дези, были друзьями. Что же касается собачьих отношений, то они долго были из-за Дезькиной строптивости "психологически несовместимы". Пират - краснопегий пойнтер. Несколько лет он занимал на выставках первые места - поэтапно во всех трёх возрастных группах. Но не только отличный экстерьер и манера непринуждённо держаться на ринге выводили его на первое место среди собачьей братии. Ему также не было равных по всем статьям в полевых испытаниях. Дези - чёрнопегий спаниель. Несмотря на приличную родословную, не унаследовала приличного экстерьера. Но работницей была очень добросовестной, страстной и неутомимой. В машине она всегда оказывалась раньше Пирата. По-видимому, это давало ей основание считать себя хозяйкой.

      Если Пират имел неосторожность прикоснуться к ней во время езды, она недвусмысленно показывала зубы, а порой даже пускала их в ход. Пират воспринимал соседство с Дези как неизбежное зло, от которого никуда не денешься, и покорно переносил все её необоснованно враждебные выпады.
Николай редко брал с собой Пирата на утиную охоту. А чтобы не травмировать друга, сборы тщательно скрывались от него.

     На сей раз всё имущество, кроме забытой охотничей куртки, было тайно перенесено накануне вечером в сарай. А утром, пока Николай завтракал, жена, вспомнив про куртку, стала спешно пришивать к ней пуговицу. Заметив это, Пират демонстративно потыкал в куртку носом, как бы желая подчеркнуть свою осведомлённость относительно её предназначения, улёгся у двери и стал внимательно наблюдать за каждым движением хозяина. Стало ясно, что незаметно уйти не удастся, а уйти в открытую, не взяв его с собой, значило бы огласить многоквартирный дом задолго до рассвета долгими отчаянными воплями обманутой в лучших своих чувствах собаки. Одним словом, Пират был взят.

     Утром охота не удалась. Николай с Пиратом вернулись к палатке без дичи. Промёрзший Василий уже сидел у костра на свёрнутом спальном мешке и с
наслаждением тянул из кружки горячий чай. Дези лежала неподалёку, рядом с убитой выпью. Это было единственное, что им удалось добыть за утро. 
Пробегая мимо, Пират то ли не заметил Дези, то ли бестактно не обратил на неё внимания. Но, почуяв запах выпи, приостановился. Дези буквально взорвалась от ярости. Бросившись на Пирата, она стала преследовать его, кусая за ноги.  Не поджимая хвоста, с достоинством, но достаточно проворно, Пират поспешил унести искусанные ноги подальше от "взбесившейся психопатки". Однако, Дези не отставала и, продолжая преследование, явно проскочила то расстояние, на которое следовало отогнать "зарвавшегося наглеца". И тут впервые Пират не выдержал такой обидной несправедливости. Он мгновенно развернулся и так выразительно рявкнул в озверевшую морду "распоясавшейся хулиганки", что та от
неожиданности опрокинулась навзничь, на секунду онемев. Но в следующее мгновение, осознав всю чудовищную дерзость "бандитского нападения",
разразилась истерикой. А потом долго ещё скулила у ног своего хозяина, предусмотрительно перенеся туда выпь, неприкосновенность которой ей удалось отстоять.

      Трудно предположить, сколько бы ещё продолжался Дезькин терроризм, если бы не случай, происшедший через месяц на кекликовой охоте. Кеклик - горная куропатка. Ведёт стайный образ жизни. В этом виде охоты впереди бегущая собака является только помехой. Поэтому собаке приходится "чистить шпоры" хозяину, а вся работа сводится к отысканию и подаче убитой дичи. В ту памятную охоту было очень много кеклика. Собакам пришлось хорошо поработать. Уже сильно уставшая Дези устремилась за подранком и сорвалась с большой высоты. Пролетев метров пять, она упала на камни, сгоряча вскочила, но тут же снова упала и больше уже не могла подняться. К палатке Василий принёс её на руках. Изо рта у неё текла кровь. Передняя лапа оказалась сломанной. Глаза были закрыты. Её сильно знобило. Пират, увидев Дези в таком состоянии, принялся зализывать её кровоподтёки. Дези чуть приоткрыла глаза и, тяжело вздохнув, закрыла их снова. Мы не были уверены в том, что довезём её живой до дома. Но не зря говорят: "заживёт, как на собаке"...

      Встретились они почти через год, в начале следующего охотничьего сезона. Но как необычна была эта встреча! Ещё издали завидев Пирата, Дези приветливо завиляла хвостом, а когда он запрыгнул в машину и стал осторожно протискиваться между Дези и туго набитым рюкзаком, она вдруг лизнула его в морду и разрешила занять удобное место рядом с собой. О таком счастье Пират и не мечтал. Из-за вечной тесноты в машине и агрессивности попутчицы ему всегда приходилось довольствоваться неудобным местом, лишь бы подальше от непредсказуемой взрывоопасности. Теперь же Дези признала, наконец, его равноправие и больше никогда не злоупотребляла своей принадлежностью к дамскому полу.

      Вспоминая эти эпизоды почти сорокалетней давности, я подумал: "Почему мы, люди, чванливо именующие себя "венцом природы", бываем беспечно безрассудными во взаимоотношениях не только со случайными попутчиками, но и с любимыми людьми, проявляя порой досадное отсутствие элементарного взаимопонимания, с удивительной лёгкостью идём на разрывы, последствия которых мучительно переживаем многие годы, а иногда и всю оставшуюся жизнь?" 

Г. Суконников
Ташкент, cпециально для МВ