|
Актер - такое же "народное
достояние", как и путана
Выпуск 12(54)
Сергей Приселков живет в Монреале всего год,
однако, уже сейчас трудно себе представить
спектакли Ассоциации русских актеров без
его участия. Прошлой осенью вместе с А.
Варпаховской он сыграл в "Скамейке", а
совсем недавно - в начале мая - вышел на
сцену в спектакле "Если все не так". На
днях состоится его спектакль "Бармен
Адгур".
В 8 классе Сергей мечтал стать
следователем или журналистом. Он был
третьим ребенком в послевоенной семье, и,
как сам про себя говорит, рос маменькиным
сынком. Вероятно, поэтому его всегда манила
романтика дорог и неустроенный быт...
- Сергей, и все-таки, когда вы захотели
стать актером?
- Когда учился на первом курсе
театрального училища им. Щукина.
- Что же, если не желание быть актером,
привело вас в стены училища?
- Дружба. Я поступал туда вместе со своим
другом Левой Зубовым, с которым до этого
занимался в театральной студии под
руководством Ю. В. Багиняна. В последний
день третьего тура я понял, что либо -
сегодня, либо - никогда. Я знал, что если не
поступлю, то пойду по стопам отца - в
кооперативный институт, и "родится"
ещё один кооператор Приселков. В тот день,
перед третьим туром, мы с друзьями купили
пакет черешни. Пока они ходили за хлебом, я
один съел все ягоды. Так сильно волновался!
Никто мне слова не сказал, еще купили...;
Около двух часов ночи меня вызвали на
прослушивание. Я представился: "Сергей
Приселков. Москва". Б. Е.Захава - красный,
как Синьор Помидор, кричит: "Сколько
можно объяснять!? Сколько вам лет?". Тут я
сказал фразу, благодаря которой и начал
свою актерскую жизнь: "Я не знаю, как
лучше сказать. Семнадцать уже есть, а
восемнадцать еще не исполнилось". И
Захава - только что был злой - уже добрый,
однако, все равно красный, сказал: "Читайте!".
- Вы поступили, но тяги к актерской
профессии еще не чувствовали?
- Нет. Тяга появилась только на первом курсе,
в тот момент, когда мы с Ириной Деминой (блестящей
актрисой, заслуженной артисткой России)
играли этюд без слов. Вот именно с этого
момента пошел отсчет моей актёрской судьбы.
- Кто еще учился с вами на одном курсе?
- У нас был замечательный курс! Нина
Русланова, Саша Кайдановский, Леня Филатов,
Ян Арлозоров, Иван Дыховичный, Володя Качан,
Лена Санько, Наташа Гурзо... Думали о том, что
наш курс перерастёт в самостоятельный
театр. Интересно, что когда встречается
такое количество индивидуальностей, то
трудно кому-то одному взять на себя роль
лидера, без которого невозможен
театральный коллектив. Любой из нас мог им
стать. Это, наверное, и погубило на корню
идею о создании такого театра.
- И тогда ваш курс расхватали по уже
существующим театрам?
- Да, именно, расхватали! Мы сыграли целый
ряд прекрасных дипломных спектаклей, на
которые ходила вся Москва. Один из самых
памятных и ярких - "На дне". Я играл
Ваську Пепла, Леня Филатов - Актера, Качан -
Барона. Сатина должен был играть
Кайдановский. Однажды он опоздал на
репетицию на полчаса. За этот проступок
Владимир Абрамович Этуш снял его с роли. Я
на всю жизнь запомнил этот урок. "Артист
может опоздать только в одном случае, -
говорил Этуш, - если он умер". Ну, вот, кто-то
уже и опоздал по самой
уважительной причине...
- В то время очень трудно было увернуться,
чтобы не сыграть в какой-нибудь
патриотической пьесе. Были и у вас такие
роли?
- Сколько угодно! В училище мы ставили "Семью"
- про семью Ленина. Ира Демина блестяще
играла мать - Марию Ульянову. В её
исполнении это была супер-женщина, супер-мать.
Не знаю, была ли госпожа Ульянова такой,
какой
её блестяще сыграла молодая студентка. А я
играл Огородникова, друга Ленина, чуваша.
"Подложил" под этот образ речь Татьяны
Дорониной - все ее восторги и придыхания -
очень смешно получилось. Боря Галкин -
сейчас режиссер и актер - играл Ленина. Нас
отправили на конкурс в Ленинград. В целях
экономии ехали днем. Как мы туда добирались!
Все - молодые: ну, а когда запасы
горячительного кончились, мы их
восстановили в Бологом. Так что к
Ленинграду вся "Семья" была крайне
возбуждена, а "Ильич" - просто очень
крепко "выпимши". Он взобрался на
тележку носильщика, как на броневичок, и...
пропал, уехал с платформы. Нас встречают
пионеры: цветы, хлеб-соль. Ведь мы приехали
на конкурс, посвященный столетию вождя!
Вытащили "Ильича", - слава Богу, не
убился. Мы сыграли и заняли первое место.
Вот такая "семейная" история. -
Сергей, ваша настоящая семья появилась в
то же время?
- Я учился на первом курсе, когда мой
приятель познакомил меня с моей будущей
женой. Наташа тогда только окончила школу.
- Наташа - тоже актриса?
- Нет, она - моя жена. (Здесь в разговор
вступила Наташа, которая со смехом заметила:
"Я, вообще-то, театровед по образованию, а
не только жена").
- Вышла из дома на Смоленской площади
девочка в белой лайковой куртке, с
блестящими глазами, с сияющей улыбкой. И
Приселков пропал...На всю жизнь...
- С тех пор 34 года мы вместе. Когда я учился
на втором курсе, мы с Наташей расписались,
еще через год появился сын.
- Вы учились среди пеленок?
- Все пеленки достались Наташе. Ей
приходилось нелегко, я редко бывал дома.
- Годы шли, сын вырос и... ?
- Сын сказал: "Достаточно одного артиста в
нашей семье. Я попробую стать богатым". И
стал бизнесменом.
- Актерская профессия не принесла вам
больших доходов?
- Нет. Это зависимая профессия. Однако какое
удовольствие испытываешь, когда ты
выходишь на сцену, когда зал с тобой вместе
переживает, замирает, смеётся - этого не
передать словами. Получаешь роль,
вчитываешься в текст, становишься другим
человеком. Перевоплощение происходит по-разному.
Например, на репетициях "Скамейки" я
встретился со своим героем случайно,
взглянув на себя в зеркало в кепке,
предложенной мне режиссёром. Взглянул - и
увидел в зеркале подвыпившего,
запутавшегося, балагурящего и, по-своему,
несчастного и одинокого Фёдора Кузьмича.
Мои отношения с полковником из спектакля
"Если всё не так", на мой взгляд, ещё не
совсем дружеские, но мы уже знакомы, а
дружба - впереди.
- Такие озарения, находки - нормальное
явление в работе над ролью?
- Думаю, нормальные. Ведь в жизни тоже
случаются озарения. Хотя, вся жизнь -
ненормальна С 1986 года - в течение пяти лет - я
читал новую "открытую" прессу - "Знамя",
"Новый мир" - и узнавал, в какой стране
жил, живу и нужно продолжать жить. Я стал
понимать, что Горбачев, Ельцин и т.д. - это не
руководители страны, а марионетки, которых
кто-то дергает за нитки. И тогда, в 1991 году я
уехал из Союза.
- Вы хотите сказать, что из страны вас
вытолкнула ложь?
- Да, именно, ложь. Я уехал в Израиль, где я
сначала даже сторожем работал.
- Почему же тогда вы выбрали Израиль?
- Мы не знали, что все окажется не так, как
это представлялось в Москве. Израиль, на мой
взгляд, делает колоссальную ошибку: он
уподобляется тем странам, где унижали
евреев. Когда у меня два раза в день
спрашивали: "Еврейка ли ваша мать?", "Обрезание
тебе делали?", "Сколько времени ты в
стране?", то подобные вопросы не
настраивали оптимистически... Может, мне
нельзя обрезать то, что там всем обрезают.
Вот, грузин, например, никогда не позволит
укорачивать такую драгоценную вещь. Это,
конечно, шутка, но - сквозь слезы.
- Вы работали сторожем, а как же театр?
Вам приходилось играть в Израиле?
- Все время играл. Первые четыре года играл
на иврите у Ривки Михаэли и в других частных
антрепризах. Понял, что могу играть на
неродном языке, но лучше-то на родном...
- Когда вы поняли, что в Израиле вы не
нашли того, чего хотели, не появилась ли
мысль вернуться назад, в Россию, как это, к
примеру, сделал М. Козаков?
- Никогда! Я никогда не иду назад. Только -
вперед! Я не могу сказать, что хотел бы здесь
умереть, потому, что мне вообще не хочется
умирать, а жить здесь мне очень нравится.
Здесь, в Канаде, я увидел, что все нации и
народности перемешаны, все живут рядом, при
этом никто никому не указывает, как жить.
Замечательная страна! Здесь можно жить,
просто жить...
- Очень скоро, 17 июня, у вас будет встреча
со зрителями, и вы сыграете бармена Адгура...
- Этот спектакль я сделал с А. А. Каменской,
которая удивила всю Москву замечательной
постановкой пьесы Л. С. Петрушевской "Любовь",
в которой мне посчастливилось сыграть
единственную мужскую роль.
- Расскажите, как вы нашли этот рассказ?
- В 1988 году я был на гастролях на Сахалине. От
скуки зашёл в городскую библиотеку,
случайно наткнулся на рассказ Ф. А.
Искандера "Бармен Адгур". Сижу - читаю.
Строка, вторая - и я хохочу. Все вокруг
отрываются от "Детей Арбата" и смотрят:
"Что такое? Псих какой-то!" Они - в
слезах от книги Рыбакова, а я заливаюсь
смехом от этого кавказского анекдота. Вот
так и появилась идея сделать этот монолог.
- Мне известно, что вы были знакомы с
Анной Варпаховской задолго до приезда в
Монреаль, еще в студенческие годы...
- Я очень благодарен судьбе, что когда-то в
Щукинское училище на первый курс пришла
девочка Аня Варпаховская. Я тогда учился на
третьем курсе. У нас было так: на первом
курсе мы - "народные артисты", на втором
- "заслуженные", на третьем - "просто
актеры", а на четвертом - "лишь бы взяли
куда-нибудь!". Нас,
старшекурсников, очень интересовало, кого
приняли на первый курс, мы приглядывались к
ним, наблюдали за ними. Я был уже семейным
человеком, однако наблюдал за Аней чуть
более пристально, чем за остальными
первокурсницами. Приглашал ее пиво попить,
провожал до дома, приходил к Варпаховским в
гости, пил чай с ее мамой. (Смеется). Я,
третьекурсник, пытался преподать только
что поступившей студентке уроки актерского
мастерства. Правда, когда узнал, что ее папа
- замечательный режиссер, интерес потерял...
(Смеется).
- То есть место преподавателя было
занято?
- Да! Пришлось мне несколько отступить. Но те
уроки не пропали даром. Сейчас в Монреале
происходит то же самое, только теперь - Аня
преподает мне. И очень успешно! Сейчас в
полной мере я ощущаю радость игры на сцене,
работая вместе с актрисой Анной
Варпаховской.
- Сергей, а что такое, по-вашему, артист,
актер?
- Артист - как музыкальный инструмент, как
скрипка, например. Правда, скрипка ждёт ,
когда её возьмёт в руки музыкант... Бывает
хорошая скрипка, бывает плохая. Бывает
хороший музыкант, бывает... Хороший актёр -
это сочетание замечательного инструмента с
руками виртуоза. Мой учитель, В. А. Этуш,
говорил, что актёр должен быть ребёнком с
его открытым, свежим восприятием мира,
обезьяной, способной передразнивать,
копировать, и быть готовым обнажить свою
душу, так же откровенно, как проститутка
обнажает своё тело. Выходит, что актер -
такое же "народное достояние", как
путана или фотомодель. Вот, в чем мое "народное
достояние".
- Раньше, в Москве, у вас был другой режим
- регулярные репетиции, работа в театре. Как
здесь вы живете без этого?
- А я и не живу без этого. Благодаря встрече и
работе с Григорием Зискиным, мои репетиции
стали регулярными. Репетиции заставляют
держать себя в форме и внутренне, и внешне.
Не часто за 30 лет творческой деятельности
мне удавалось встретить такого режиссёра,
который так подробно и интересно работает
над спектаклем. Г. Зискин умеет раскрыть
каждого актёра, с невероятным терпением
подводит актёра к созданию образа, помогает
родиться роли.
- Как распознать, родилась роль или нет?
- Очень важный момент в нашем деле -
заразительность. Кто-то называет это
чертовщиной, кто-то - хулиганством. Мало
сыграть правильно - надо "перешагнуть
через рампу" и суметь заразить зрителя
своей игрой. Если это удаётся, возможно, и
роль удалась.
- Ваша актерская мечта - сыграть Шаляпина...
- Да, я мечтаю об этом с 22 лет, когда был
утверждён на роль Ф.И. Шаляпина в фильме
Марка Донского "Последняя целовальня".
К сожалению, этот замысел не был
осуществлён - на это просто не дали денег,
деньги дали на фильм
"Надежда" о Надежде Крупской. Сейчас, в
50 лет, мне кажется, я смог бы сыграть эту
роль полнее и интереснее, чем в юности.
Сыграл бы и даже не заболел бы "звёздной
болезнью". Конечно, слава нужна каждому
артисту, но для меня она заключается в том,
чтобы зрители ждали моего выхода на сцену, а
после спектакля - не забывали бы сразу, а
вспоминали, размышляли, радовались и
надеялись встретиться вновь.
- Чтобы ждали вашего выхода на сцену?..
- Ну, конечно! Муж Ольги Аросевой был готов
платить ей деньги, чтобы она не ездила на
гастроли. А она смешно сказала: "Ну, как же
так? Я же не могу без этого жить. Я выхожу -
мне аплодируют!"
Интервью записала Светлана Мигдисова |
