Выпуск 16(58)
Заметки кинооператора
Во времена - те еще - снимал я свой первый полнометражный фильм о Городецком судостроительном заводе.Завод - как завод, не хуже других, а пожалуй, и лучше, раз о нем снимают документальные фильмы Работа близилась к концу, и съемочная группа уже заказала билеты на московский поезд, но местное и московское начальство в один голос потребовали запечатлеть общезаводской митинг по поводу очередных трудовых побед. Сняли мы митинг, хотя он и не значился в сценарии, и дело осталось за малым - нужно было, чтобы директор завода сказал несколько фраз на крупном плане, как у нас в кино говорят, синхронно. Синхронной аппаратуры у нас не было, и пришлось работать с урчащей, как трактор, камерой "Конвас" и магнитофончиком - для записи шумов.
- Все хорошо, - сказал я директору завода,
- но, чтобы из нашей затеи вышел толк,
желательно раздобыть хлопушку.
- Хлопушку? А что это такое? - спросил
директор.
- Да, ерунда. Два полосатых деревянных
брусочка на шарнире, к нижнему брусочку
прибита фанерка для разных надписей.
Хлопнешь этой штукой в начале съемки, а
потом монтажница находит на пленке с
изображением тот кадрик, где брусочки
сошлись, а на звуковой дорожке - момент
хлопка, и совмещает их на одном зубчатом
барабане. После этой несложной операции
любой звук совпадает со своим изображением.
А без хлопушки - ищи свищи.
- Столярный? - сказал директор, сняв
телефонную трубку, - сейчас к вам придут
киносъемщики, сделайте им, что они просят...
У входа в столярный цех меня встретил
здоровенный мужик в припорошенном опилками
комбинезоне:
- Говори, чего нужно, а то я тороплюсь.
- Мне бы листок бумаги, карандаш... - Не
надо, - отрезал мужик, - объясни на словах, я и
так все пойму.
Пришлось объяснять на словах: два брусочка
на мебельной петельке, к нижнему прибита
фанерка вот такого, примерно, размера...
- Приходи через полчаса - все будет, -
сказал мужик и скрылся в глубине цеха.
Через полчаса хлопушка была готова.
Сразу бросалось в глаза, что сработал ее
большой мастер. Поверхности брусочков были
проструганы буквально до зеркального
блеска и тщательно подогнаны друг к другу.
Все радовало глаз, вот только размеры
изделия "немного" подгуляли - вновь
созданная хлопушка была крупнее
стандартной, привычной хлопушки раз в
пять!
Но делать нечего - времени было в обрез,
поэтому я схватил хлопушку-акселератку и
рванул к месту съемки - небольшому садику
около заводоуправления.
Так как у съемочной группы свободных рук не
оказалось, хлопнуть перед лицом
директора попросили его секретаршу.
Включили аппаратуру и махнули секретарше -
мол, давай!
Что потом случилось - ни в сказке
сказать... Да и что говорить:
орудийный выстрел - это как треск сломанной
спички по сравнению с децибелами этой
супер-хлопушки...Директор схватился за
сердце и с открытым ртом тихо опустился
на землю. С окрестных деревьев сорвалась
большая стая ворон и с тревожным карканьем
унеслась за горизонт. В камере заклинило
пленку, а у магнитофона враз потекли все
батарейки. Съемку пришлось сразу же
отменить, так как директор, когда пришел в
себя, кроме слова "мать" не мог
произнести ни звука.
Мы больше не испытывали судьбу и быстренько
смотались. Сколько воды с тех пор утекло,
сколько километров пленки снято, - а как
вспомню тот случай, так
сразу и вздрогну...
Леонид Никельберг
Москва