Монреальский кинофестиваль – путешествие внутрь себя

Ни начало, ни ход фестиваля, казалось, не предвещали ничего хорошего. Открытие прошло при полном отсутствии звезд. В последнюю минуту, сославшись на недомогание, отменил свой приезд мэтр философского кинематографа Жан-Люк Годар. Другой известный француз, кинорежиссер Люк Бессон, а также заслуженный голливудский герой Роберто де Ниро лишь «заглянули на огонек» и быстро умчались каждый в свою сторону.

И только в самом конце «явление народу» знаменитого французского актера Жерара Депардье озарило серые фестивальные будни. Правда, любимец публики прибыл в Монреаль с двумя крупными ссадинами под правым глазом, что, впрочем, прибавило шарма его и без того супермужественному облику. Судя по признаниям Депардье, он (в очередной раз) рухнул с мотоцикла, врезавшись в грузовик, когда несся по Парижу на съемку нового фильма. В таком неприглядном виде, однако, нисколько не смутившем ни премьер-министра Бернара Ландри, ни его свиту, Депардье и явился на церемонию вручения Национального Ордена Квебека. «Я благодарен Квебеку за то, что он гордо несет знамя моего языка, – заявил актер в свой речи. – Мне хочется думать, что и здесь меня считают «своим». И после небольшой паузы он воскликнул с лукавой улыбкой: «Да здравствует Квебек!»

Но вернемся к фестивалю и его программе. Как верно заметила постоянный автор газеты «La Presse» Натали Петровски (N. Petrovski), обращение к подобному действу ценно тем, что оно дает зрителю возможность совершить некое путешествие внутрь себя. Можно предположить, что для монреальского жителя, родившегося в Москве или Витебске, на Волге или Днепре, встреча с кинематографом его отечества имеет особое значение.

Так и получилось на демонстрации конкурсной картины «Война» в театре Maisonneuve в Complexe Desjardins. Зрителей, забивших до отказа кинозал, приветствовали режиссер фильма Алексей Балабанов, исполнитель главной роли 20-летний студент Щукинского театрального училища Алексей Чадов, а также английский актер Иен Келли, сыгравший в картине второстепенную роль.

Совсем недавно, в июне 2002 г., «Война» получила Гран-при на российском кинофестивале «Кинотавр». Само по себе это несколько удивляет. Скорее всего, на жюри, в состав которого входили Глеб Панфилов, Евгений Евтушенко, Михаил Агранович, не повлияла критика интеллектуалов и эстетов, обвинивших картину в шовинистическом пафосе и отсутствии политкорректности (в устах героя звучат резкие слова и выражения в адрес «этнических меньшинств»). Но самое главное – фильм заслужил всенародное признание. Впрочем, слово «всенародное» звучит слишком сильно: в эпоху, когда американские блокбастеры прочно оккупировали кинопрокат, «поиздержавшемуся» за годы реформ российскому кино рассчитывать на массовый успех весьма нелегко. И все же... Для молодого поколения россиян «Война» стала, как теперь принято выражаться, «культовым» фильмом. Впрочем, для этого у картины были все исходные данные.

Фильм сделан в жанре боевика. Место действия – Чечня – и живописно, и зрелищно. Сценарная интрига, построенная по законам триллера, столь же невероятна, сколь захватывающа. Но, пожалуй, самым главным в картине является ее герой. А он – молодой мальчишка, еще не оперившийся толком, но уже ветеран чеченской войны. Зовут его Иван. Монолог Ивана из питерской тюрьмы «Кресты» составляет смысловую канву фильма. Брошенный по велению российских властей в горнило безумной войны, Иван «навидался» за два года службы жестокости и крови. За полной ненадобностью (с него и взять-то нечего!) этого «птенца интернетовского поколения» отпускают из чеченского плена, и в конце концов он возвращается в свой родной Тобольск.

...Московская площадь «трех вокзалов», где как и во все времена, неприкаянно слоняются отпущенные на побывку солдатики с мороженым в руках; «видавшая виды» крепкая проводница, торгующая из-под полы дефицитными местами в купе; воры и мошенники всех мастей, снующие по вагонам; и наконец – родной город. А в нем – запустенье, безработица, душевный разброд, да лишь несколько часов тепла у костра, вокруг которого сбились в кучу, прижались друг к другу уже «побитые жизнью» одноклассники.

Судьба дает Ивану исключительный шанс: за круглую валютную сумму ему предложено вызволить из чеченского плена английскую подданную. С этой просьбой обращается к нему отпущенный в Лондон на поиски денег для выкупа ее соотечественник и жених по имени Джон. Британские власти глухи к его мольбам. Однако появляется шанс. Крупное лондонское агентство новостей готово субсидировать Джона для съемок видеофильма, в котором должна быть рассказана «правда» о чеченской войне.

Так «два товарища, два бойца» Иван и Джон отправляются в поход. Дальше – их приключения в горных ущельях. Однако в этом путешествии – не только трюки и спецэффекты, не только кровь и автоматные очереди, в нем раскрываются характеры персонажей. Джон не знает русского, и общаются герои по-английски, на котором Иван говорит как всякий «средний» ученик «средней» российской школы. Но и через эту усеченную, далекую от правильной и, самое главное, «чужую» речь прорывается душа героя, его отношение к войне и миру, долгу и дружбе. Формально Иван и Джон говорят на одном языке, а по сути, на разных. «Странные они какие-то, – замечает про себя Иван. – У него баба в плену, а он кино снимает».

Одиссея Джона, как и положено иностранцу, завершается «хэппи-эндом». Благодаря бесстрашию Ивана, но ценой жизни убитых им чеченцев, английскую невесту удается вызволить из плена, и сам Джон возвращается с отснятым материалом, за который ему достается солидный гонорар. К тому же он публикует книгу с «редким» названием – «My life in Russia». И в книге, и в фильме он отражает ужасы войны, жесткость российских солдат, бесчинствующих на захваченной ими территории.

А Ивану достается горькая доля. Может, ему так было на роду написано? По возвращении, раздав заработанные деньги, он попадает под статью уголовного кодекса за убийство чеченских жителей – ведь расстрел он совершил, уже будучи лицом гражданским. Показания против него давал и его «боевой лондонский товарищ» Джон, озабоченный соблюдением прав человека. Вот и ждет в «Крестах» Иван приговора, курит сигареты одну за другой и не сильно надеется при этом ни на доброго Путина, ни на «прогрессивные» судебные реформы.

Казалось, этой мрачной версии «Баллады о солдате» «ничто не светит» на монреальском фестивале. После событий 11 сентября прочеченская позиция Америки и Канады хоть и несколько ослабла, но все же осталось прежней. А балабановский фильм имеет откровенно «пророссийское» звучание. Однако не слышно в нем ни победных фанфар, ни барабанного боя. Наоборот, в картине – боль за российских мальчишек, искалеченных бессмысленной, кровавой войной и брошенных на произвол судьбы. Новый капитализм с «Мерседесами» и особняками к ним не имеет никакого отношения. Как, впрочем, и красивые речи о правах человека. Нет у них никаких прав... Получился рассказ еще об одном потерянном поколении, в котором российские ребята, рожденные в начале восьмидесятых, узнали себя и своих товарищей.

И вдруг – о чудо! Ночью на закрытии объявили, что приз за лучшее исполнение мужской роли на Монреальском международном кинофестивале присужден русскому актеру Алексею Чадову. Значит, и здесь тоже поняли, почувствовали, оценили? Только, кажется, к этому торжественному моменту «герой» уже вернулся в Москву, в свой родной «непрестижный» район Солнцево. Бывает же так...

«Может, позвонить ему, чтобы прилетел за премией? – предложил наутро мой 19-летний сын. – Пусть у нас остановится, я ему свою комнату уступлю...».

Людмила Пружанская