Израильские репортажи

Проблемы, события, судьбы

Репортаж 26-й

Руководство Палестины: где ошиблись? Что делать дальше и куда идти?

Стас Грачев,

наш специальный корреспондент в Израиле

ДАВНО Я ИСКАЛ МАТЕРИАЛ, в котором бы давалась оценка событий, происходящих в Израиле, не с точки зрения Израиля, которая уже достаточно хорошо известна, а с точки зрения Палестинской автономии. Хотелось знать мнение палестинцев, их понимание современной ситуации – да мнение и понимание не тех оголтелых арабских публицистов и боевиков, что день и ночь готовы на всех перекрестках кричать – убей еврея, где бы ты его ни встретил! С их примитивным фанатизмом все ясно. А тех профессиональных политиков, которые способны аналитически взглянуть на обстановку и, самое главное, на свои собственные шаги. Без оголтелости, без фанатизма, а с углубленным понимаем прошлого, настоящего и перспектив на будущее.

При этом, конечно, я отдаю себе отчет в том, что каждая нация только себя считает абсолютно непогрешимой на протяжении всей своей истории. Все остальные нации, народы и государства время от времени впадают в ошибки и даже преступления, и только своя нация – никогда, ни при каких обстоятельствах. Без уверенности в своей правоте любое общество теряет ориентиры и вступает в кризис. Без идеологии правоты не могут держаться не только правительства, но и сам общественный строй.

Меж тем знакомство с мнением «неправильным», с мнением противостоящей стороны совершенно необходимо. Без этого соседа не понять, без этого не найти эффективных путей взаимодействия с ним. Это прекрасно осознают правительства всех стран, которые держат особые службы для изучения позиции как сопредельных, так и не сопредельных стран.

Наконец-то мои поиски интересующего меня материала увенчались успехом: передо мной полный текст выступления палестинского профессионального политика Абу-Мазена, члена правительства Палестинской автономии. Он выступил на конференции в лагере беженцев в Газе перед главами палестинских народных советов. Его речь опубликована в Саудовской Аравии в газете «Аль-Хайят».

Кто таков Абу-Мазен?

После Арафата – это второй по своему влиянию и авторитету политический деятель Палестины. Этим сказано все. Хотя президент Палестины Ясир Арафат и продолжает оставаться главой автономии, старческая немощь и многочисленные хвори все сильнее и сильнее ставят вопрос о его преемнике. Будет ли это Абу-Мазен? Не обязательно, но весьма и весьма возможно. Тем значимее именно его понимание ближневосточных событий. И что особенно примечательно – так это его критика действий Арафата за последние годы. Она не звучит открыто, она завуалирована, она проступает косвенно, в контексте, меж строчек, – но проступает явственно и очевидно.

Как же оценивает взаимоотношения Палестины и Израиля второй по авторитету и власти человек в палестинском руководстве?

Его речь почти не требует комментариев и пояснений. Разве только изредка. Она довольно обширна и потому дается здесь в наиболее существенных выдержках.

– С НАЧАЛА ВОССТАНИЯ ПРОШЛО ДВА ГОДА, и мы обязаны задать себе вопрос: чего мы добились на сегодняшний день? К чему мы пришли? Где мы ошиблись и чего мы достигли, если вообще достигли чего-либо? А самое главное – что делать дальше? По какому пути мы идем?

Я не прошу покаяния, я прошу лишь немного подумать.

Само решение начать восстание в знак протеста против действий израильтян ошибкой не было. Я вижу три причины для восстания: тупиковая ситуация, в которой оказались переговоры, продолжение строительства поселений (еврейских на территории Палестинской автономии. – Ст. Гр.) и вторжение Ариэля Шарона на территорию мечети Аль-Акса.

(Попытка премьер-министра Ариэля Шарона посетить в Иерусалиме мечеть Аль-Акса, построенную на месте иерусалимского храма, стала непосредственным поводом восстания и его первым днем.)

Однако нельзя забывать, что в тот период мирный процесс был в самом разгаре. Мы начали с Газы и Иерихона и перешли к другим городам Иудеи и Самарии. В распоряжение Палестинской автономии перешли 42% территории Иудеи и Самарии. Мы начали процесс восстановления. К нам начали поступать денежные средства из-за рубежа, мы готовились создать палестинское государство со столицей в Иерусалиме. Мы уже подошли к тому этапу, который должен был положить конец оккупации и строительству поселений и решить проблему палестинских беженцев в соответствии с принципом «территории в обмен на мир».

То, что происходит на протяжении последних двух лет, – это полное разрушение всего того, что нам удалось создать. Наши люди оказались за чертой бедности.

Причина в том, что восстание утратило свой естественный характер и приняло военный характер. Наши люди взялись за оружие. Это уже не народное восстание, которое должно быть выражением гнева и отчаяния и против которого никто не вправе возражать. Из-за израильской реакции на наши действия разрушению подверглись все города Иудеи и Самарии, а кому это было нужно?

Мы должны проявлять сдержанность.

События разворачивались в нежелательном для нас направлении. Было сделано немало ошибок.

За период правления администрации Палестинской автономии комплекс «Муката», построенный еще во времена британского мандата, превратился в крупное поселение. Сейчас, к сожалению, это груда развалин. Нужно прекратить стрельбу.

Я вижу три выхода из той ситуации, в которой мы оказались.

Первое. Мы должны проявить сдержанность, и тогда нам удастся защитить от окончательного развала то немногое, что нам осталось от столь дорогого нам государства. Я уверен, что нам это удастся. Если нам это удастся, мы сможем обратиться к мировой общественности с требованием посодействовать выводу израильских войск из городов Иудеи и Самарии.

Второе. Если мы постараемся проявить сдержанность, но нам это не удастся, мир по крайней мере будет знать, что мы старались.

Третье. Если наши попытки окажутся безуспешными из-за каких-либо израильских провокаций, мир будет знать, что мы сделали все, что могли, а претензии следует предъявлять Израилю. В таком случае все обвинения будут направлены против Шарона. До сих пор объектами обвинений и давления оказывались мы, и на нас возлагается ответственность за теракты.

К сожалению, здесь, в Газе, между нами нет единства. У нас нет единого руководства. Я призываю вас – давайте начнем переговоры, чтобы знать, какое направление нам выбрать, и понять, а способны ли мы вообще прекратить военные действия.

У нас говорили, что восстание поможет скинуть Шарона, но он не только остался на своем посту, но и стал самым сильным сионистским лидером со времен Герцля (то есть с начала ХХ века. – Ст. Гр.). Его поддерживают 80% израильтян.

У нас говорили, что восстание вспыхнуло в знак протеста против строительства поселений, но поселения продолжают расти и под предлогом восстания их лишь укрепляют. Говорили, что поселенцы бегут с территорий, опасаясь терактов, но реально факты опровергают всю эту болтовню. Говорили – восстание поможет освободить Иерусалим. А в результате наши земли, которые были освобождены в ходе мирного процесса благодаря переговорам, снова оккупированы. У нас остался только сектор Газа, и мы надеемся спасти хотя бы его, пока не стало слишком поздно.

Нельзя приписывать восстанию то значение, которого у него нет.

Я говорю во весь голос: хватит! Хватит! Мы хотим мира.

Шарон потеряет свой пост после трех-шести месяцев переговоров, потому что он не в состоянии ничего отдать. Он возражает против эвакуации поселений, он возражает против отступления с пятидесяти или шестидесяти процентов территории Иудеи и Самарии. Его постигнет та же участь, что и Нетаниягу.

Все мы помним, как Нетаниягу отказывался и увиливал, но Клинтон сказал:

– Я благодарен палестинцам – они сделали то, что от них требовалось.

Мы приехали на контрольно-пропускной пункт «Эрез», Нетаниягу начал выискивать разные отговорки и предъявлять новые требования. И тогда Клинтон сказал:

– Я уезжаю.

И уехал. Через месяц мы полетели в США, и Клинтон заявил своему окружению:

– Этот человек, Нетаниягу, – он главное препятствие на пути к миру.

(Беньямин Нетаниягу – бывший премьер-министр Израиля, находился у власти весьма непродолжительное время. Сильнейшая оппозиция, возникшая в Кнессете в ответ на его политику, привела к падению правительства и его отставке.)

А теперь все перевернулось с ног на голову. Все нас стыдят, все на нас давят, нам предъявляют требования – ввести конституцию, создать правительство, начать реализацию реформ.

Факт – хотя какую-то часть родины мы получили. Закончились те времена, когда палестинцы скитались по миру. Часть нашего народа вернулась – от 250 до 300 тысяч человек. Конечно, проблема беженцев еще не решена, но в ходе переговоров удалось добиться прекращения депортаций.

Мы пережили немало войн, и все вы знаете, чем они закончились. Когда-нибудь арабские танки окружали блокадой Тель-Авив?

Нам предлагают землю в ответ на мир и нормализацию. Это очень привлекает израильтян, которые мечтают о нормальных отношениях ценой полного отступления с территорий. 60% израильтян поддерживают эту инициативу.

Еще один аспект, который я обязан затронуть, – участие израильских арабов в восстании.

При всем уважении к их готовности идти на жертвы, участие израильских арабов было страшной ошибкой. Мы возражали против их участия. Мы им говорили: у вас другое предназначение. Вы должны сваливать и приводить к власти израильское правительство. (имеется в виду – путем выборов. В Кнессете имеется несколько арабских депутатов, находящихся в постоянной оппозиции к правительству и активно помогающих оппозиционным депутатам-евреям приводить к падению очередное правительство. – Ст. Гр.)

А на деле вышло так, что как только началось восстание, стали происходить события с участием израильских арабов. 13 человек погибли, 80 были ранены, а израильтяне заявили:

– Вот уже 50 лет вы живете среди нас, и это – то, что мы от вас получаем? О том, чтобы вернуть сюда беженцев, не может быть и речи.

Если израильские арабы дружно пойдут на выборы в Кнессет, они смогут привести в Кнессет 15-18 своих депутатов, которые будут противостоять правительству. Когда Рабин хотел конфисковать земли в Иерусалиме, арабские депутаты Кнессета пригрозили вотумом недоверия, и он отказался от своих планов.

Я вам заявляю: действия израильских арабов оказали отрицательно воздействие на процесс решения проблемы беженцев.

Благодаря международной помощи и инвестициям мы начали что-то создавать и строить. У нас были чистые улицы, гостиницы, университеты. Но значительные средства были украдены и исчезли неизвестно куда. Это очень грустно. Это просто трагедия.

Сейчас из-за тяжелой ситуации зарплату получают только члены администрации. Остальным жить не на что. Вы знаете, что некоторые наши послы в зарубежных странах вот уже 10 месяцев не получают зарплату?

Мы не требуем прекратить восстание. Но мы должны очистить его от многих отрицательных явлений. Оно должно перестать носить военный характер. Мы должны найти в себе силы сказать: мы настаиваем на наших правах, но войны мы не хотим. Когда мы скажем так, найдутся израильтяне, которые нас поддержат.

Мы должны прекратить военные действия сейчас, это в наших интересах. Я очень надеюсь на то, что нам удастся что-то изменить.

*          *            *

ТАКОВЫ ВЗГЛЯДЫ второго лица в Палестинской автономии. Абу-Мазен очень надеется на изменения к миру. Но пока Арафат у власти, трудно ожидать сколь-либо значительных перемен. И теперь существенно лишь одно: удастся ли в ближайшее время второму лицу в Палестине стать первым?

Абу-Мазен, председатель Исполнительного комитета Палестины.