Выпуск 105(180)            Рубрика обновляется еженедельно!

Обновление от 14.07.2003.Предыдущие обновления см. ниже

Селекция соблазнов

В Канаде в одночасье появился свой “серый кардинал”. Его зовут Пол Селюччи, он посол США в Оттаве. После того как Канада отказалась вставать в стройные ряды соратников США в период нарастания военного напряжения между Америкой и Ираком, господин Селюччи сделался по совместительству ходячим фактором канадской политики. Официальных пресс-конференций он пока не проводит, но в любом выступлении не преминет выразить “единственно правильную точку зрения” Большого Брата на дела в стане северных соседей.

Позади словесные эскапады Пола Селюччи по поводу неожиданного нейтралитета Канады в войне с Ираком. Улеглась газетная буря, выражавшая справедливое негодование канадцев, которые вдруг осознали, что их настойчиво толкают в положение граждан третьего мира. Но месяц назад посол США в Канаде выступил с заявлением, осуждающим канадские попытки декриминализовать марихуану. По его словам, в случае, если граждане, употребляющие “легкий наркотик”, получат послабление, американские власти будут вынуждены ужесточить контроль на границе между США и Канадой, “самой большой неохраняемой границе на земле”. У береговой охраны будут ушки на макушке, а таможенные офицеры на КПП Шамплен будут более пристрастны к проезжающим.

В Америке сейчас у власти республиканцы, склоняющиеся к фундаментализму, и употребление любых наркотиков ими преследуется (хотя в отдельных американских штатах курение марихуаны не является уголовно наказуемым проступком). А как в Канаде?

Канадская молодежь любит кричать о “легализации марихуаны”. Но декриминализация – еще не легализация. Согласно планам правительства (а готовит закон о выведении “легкого наркотика” за рамки уголовной ответственности не кто иной, как министр юстиции Мартен Кошон), хранение небольших объемов марихуаны (до 15 гр.) будет караться штрафом от 100 до 400 долларов, как, например, неправильная парковка, и не повлечет за собой создания криминального досье. В то же время распространение и выращивание марихуаны останутся вне закона.

Инициатива федерального правительства родом из Квебека, самой “обкуренной” провинции Канады. Анаша здесь - национальный продукт, потребляемый гораздо чаще крепких алкогольных напитков и почти наравне с пивом. Сами местные жители винят в таком положении вещей холодный климат. На каждой вечеринке пара-тройка (а то и дюжина) «косячков» считается обязательным ритуалом. Причем радушные хозяева попотчуют нездешнего гостя забавными историями о том, как родители приучают собственных чад к “травке” чуть ли не с 12 лет (вспоминается бытующее в русских семьях выражение “Пей за столом, а не за столбом”).

По всей стране уже несколько лет идет пропаганда использования марихуаны в лекарственных целях, в частности, для больных СПИДом. Данный тип граждан, наряду с видимыми меньшинствами, инвалидами и женщинами – объект наиболее пристального внимания защитников прав человека. Чтобы облегчить страдания неизлечимо больных, а также муки других «хроников», по стране действует несколько центров, где можно приобрести марихуану вполне легально, при условии, что у вас есть… рецепт от врача. Дополнительно к нему необходимо получить разрешение министерства здравоохранения на употребление каннабиса, действительное в течение одного года.

В Монреале известен подобный центр под названием “Клуб сострадание” (“Club compassion”), находящийся на углу улиц Рашель и Ментана. Его администратор - Марк-Борис Сен-Морис, по совместительству лидер квебекской политической партии “Блок пот”, борющейся за легализацию марихуаны. С начала 2003 года веб-сайт “сострадальцев” предлагает доставку марихуаны на дом. При этом сведены к минимуму формальности для потребляющих “легкий наркотик”. Теперь им даже не надо выкладывать для приобретения конопли рецепт от врача, а всего лишь… заверенный нотариусом или адвокатом лист бумаги, гласящий, что предъявитель сего страдает от одного из… 222 симптомов, которые, согласно научным данным “Клуба сострадание”, излечиваются путем курения марихуаны. Среди симптомов – бессонница, мигрень, кашель, тошнота и рвота. Сторонники легализации утверждают, что их данные основаны на строго научных сведениях. Откуда сведения? Из исследований. А что же это за исследования? В последние годы в Канаде что ни месяц, то публикуется новое исследование относительно марихуаны. Выводы всех подобных документов приблизительно одинаковы:

– марихуана менее опасна, чем алкоголь, так как не вызывает столь сильного привыкания;

– “покурив травку”, гораздо безопаснее садиться за руль, нежели “выпив пару стаканов”, поскольку, хотя реакция при этом и замедляется, человек, как правило, едет гораздо медленнее (“тормозит”, простите за каламбур). Даже если покурить анашу после стакана вина, то наркотик вызовет необходимый “тормозящий эффект” и снизит вред от алкоголя;

– криминализация марихуаны ведет к загруженности полицейского и судебного аппарата;

– марихуана обладает медицинскими свойствами. Для некоторых раковых больных, страдающих аллергией к лекарствам, она является единственным спасением от невыносимой боли.

Читая выводы этих исследований, так и тянет выкинуть лозунг: “Борьба за здоровье канадской нации лежит через легализацию марихуаны!”.

Одновременно с пропагандой “лечебной конопли” канадское правительство вырастило свою собственную марихуану в заброшенной шахте в Манитобе. Ведь раз уж принимать закон о лечебном воздействии наркотика, то надо и предоставлять больным наркотик! Правда, изначально государственная марихуана предназначалась для снабжения лабораторий, исследовавших предполагаемые лечебные свойства конопли. Первый “урожай” в 74 килограмма был выращен в 2001 году. По “крепости” он чуть ли не в 5 раз превзошел обычную коноплю, которую “пушеры” продают на городских улицах. Впрочем, это говорит не об исключительном таланте селекционеров из саскатунской компании “Prairie Plains Systems Inc.”, которой достался пятилетний и почти шестимиллионный контракт на выращивание легальной марихуаны, а о крайней прожженности наркоторговцев, которые разбавляют “травку” обычной травкой, без кавычек, а чтобы “крепче было” – пшикают дезодорантом.

Говоря о выращивании марихуаны, не могу удержаться и от личных впечатлений. Я прожил 2 года в бедном квартале Пуант Сен-Шарль, прибежище рокеров, студентов и малоимущих бедолаг. В соседнем доме жили две старухи, старик и с полдюжины кошек. Как-то пришлось на неделю уехать из города. Когда я вернулся, то увидел, что сосед погорел. Не осталось ни кошек, ни старушек. А в ежедневном монреальском издании на французском языке “Журналь де Монреаль” я прочитал, что по соседству со мной произошел пожар, при тушении которого было обнаружено тепловое оборудование для выращивания марихуаны, которое и посчитали вероятной причиной происшествия. Закономерный конец для “тайных агрономов”, потребляющих в сотни раз больше электроэнергии, чем обычные граждане... «Благо», в Квебеке электричество дешево!

В провинции и стране возникла фантастическая путаница со всеми законами и уложениями, касающимися марихуаны. Возвращаясь к “Клубу сострадание”, нельзя сказать, насколько ответственно он выполняет заказы своих клиентов. Сторонники легализации пользуются услугами канадской почты, а ее устав черным по белому обещает уголовную ответственность за пересылку запрещенных веществ, в том числе наркотиков, в том числе марихуаны, чей статус наркотика пока никто не отменял. Правда, каждый день через “Postes Canada” по Монреалю проходит от 250 до 300 тысяч пакетов и писем. Как их проверить?

Что же касается ложных сведений о себе и своих недугах, которые курильщики могут заверить у любого нотариуса (заверить можно все, что угодно), Марк-Борис Сен-Морис обещает преследовать таких симулянтов за лжесвидетельство по закону.

Несмотря на то, что полицейские периодически совершают рейды в “Клуб сострадание” (чаще всего заканчивающиеся ничем), на самом деле полицейское управление Монреаля двумя руками за декриминализацию марихуаны. Это облегчило бы юридическую машину, забитую делами отдельных курильщиков конопли, и выделило бы время на отлов садоводов «сенсимильи». Также предполагается, что принятый закон сильно снизит цену на анашу, а это, в свою очередь, уменьшит потребление других наркотиков.

Марихуана становится сейчас чуть ли не символом толерантности. А обычные сигареты – табу. Курят ли в канадском парламенте? Даже если курят в отдельных кабинетах, то не выносят это на публику. Политик, попыхивающий сигаретой, может быть заранее уверен в падении своего рейтинга. Совсем другое дело – конопля. В последние год-два не редкость “сенсационные признания” канадских власть имущих о том, как они проводили бурные годы молодости. Первым, кстати, признался в юношеском курении марихуаны сам Мартен Кошон, лоббирующий закон о декриминализации “легкого наркотика”. Кандидатка на пост лидера Либеральной партии Шейла Коппс недавно даже с некоторым удивлением ответила на вопрос журналиста: да, естественно, она в юные годы курила травку, а как могло быть иначе? Премьер-министр Жан Кретьен, впрочем, пока держится: он марихуану не курил, в его время, мол, и слов-то таких не знали.

Поскольку существует ряд международных договоренностей насчет наркотиков, подписанных и Канадой, федеральное правительство пока не спешит легализовать марихуану целиком и полностью, “по голландской модели”, а ведет разговор о половинчатой “декриминализации”. Как ко всему этому относятся наши южные соседи? На официальном уровне – очень неодобрительно. Зато некоторые простые американские граждане (их количество, конечно, измеряется единицами) надеются найти пристанище в стране, где полицейские смотрят сквозь пальцы на курение анаши, и готовы просить в Канаде статус беженца. Правда, шансы у них невелики.

Сергей Голиков

Обновление от 23.06.2003.Предыдущие обновления см. ниже

Тихая контрреволюция

40 лет назад в Квебеке, находившемся тогда под властью Либеральной партии, свершилась революция. Ее внешние атрибуты были не столь яркими, как при других переворотах общественного строя: ни мятежей, ни кровавых демонстраций. Признаки перемен гнездились в общественных отношениях, в настрое на будущее. Целью революции было изменить отсталое общество, задыхающееся под гнетом провинциальности и “деревенскости” (хотя к тому времени уже давным-давно ставшее индустриальным и урбанизированным), привести его в соответствие с требованиями сегодняшнего дня. На повестке дня стояли отделение религии от государства, эмансипация женщин, масштабное строительство, улучшение уровня жизни “среднего класса”. Эту революцию назвали “Тихой” (“Revolution tranquille”).

Приметами “Тихой революции” стали Экспо-67 и Олимпийские игры в Монреале, метро и небоскребы, социальное страхование и бесплатная медицинская помощь, государственные пособия на ребенка и улучшение городской инфраструктуры… “Тихая революция” не могла свершиться сама собой, ее провели сверху при поддержке низов. Властители – давали средства, продвигали, помогали. Граждане – поддерживали, обсуждали, ждали новых перемен и мероприятий международного масштаба. Модернизация общества совершилась относительно безболезненно, во всяком случае, для простого обывателя.

Есть лишь один пострадавший в годы “тихой революции” и всех подобных “перестроек”, прошедших в западных странах в 60-70-ые годы. Этот господин госбюджет, работающий в соответствии с международными нормами бизнес-эффективности. Из-за них ни одна страна не может “замахнуться” на перемены просто так, не имея для этого ресурсов. Хочешь устраивать у себя революции? Пожалуйста! Только будь добр, сведи сначала дебет с кредитом.

Поэтому сейчас, 40 лет спустя после “Тихих революций”, по странам Запада бродит “тихая контрреволюция”. Причем почти всегда ее проводят те же самые политические силы, что в 60-70-ые годы затевали перестройку общества в соответствии с идеалами гуманности и прогресса. “Социальное государство” рушат дети создавших его. Вот и в Квебеке “тихую контрреволюцию” начинает та же самая Либеральная партия, что 40 лет назад провела “Тихую революцию”.

В 60-е годы прошлого века Квебек, один из двух важнейших регионов Канады, был “позади планеты всей” - здесь до сих пор правили бал “черные сутаны”: католические священники. Толерантность в привычном смысле слова не существовала, социальная защищенность – тоже. Эти функции выполняла церковь, выполняла по-своему правильно и эффективно. Но в сравнении с нынешним временем, когда филантропическую деятельность осуществляет государство, тогдашние “темные года” выглядят совсем непрезентабельно. И вот наконец-то, на волне разрозненных протестов франкоязычных интеллектуалов (одним из которых был будущий премьер-министр Пьер Трюдо), власти провинции (в лице Либеральной партии) провели модернизацию, смогли путем займов и широкого государственного вмешательства во все сектора экономики и общественной жизни переломить ситуацию. Это вылилось в модернизацию всей жизненной структуры… и в увеличение внешнего долга.

Сейчас Квебек опять “позади планеты всей”. В странах Запада уже прошли консервативные перевороты, сопровождавшиеся уменьшением роли государства в экономике, исчезновением социальных программ, общим “поправением” государственной идеологии. В Канаде такую политику уже 7 лет проводит либеральное правительство Жана Кретьена. Ее типичный выразитель – будущий премьер-министр Пол Мартин, посвятивший всю свою государственную деятельность проблеме искоренения дефицита госбюджета. В канадских провинциях тоже побеждают “тихие контрреволюции”: наиболее успешной из таковых следует считать “революцию здравого смысла” Майка Харриса и его консервативной партии в Онтарио. Теперь о сбалансированном бюджете наконец задумались и в Квебеке. Да не просто задумались, а сразу же взяли быка за рога.

После того как в 60-ые годы либералы провели “Тихую революцию”, в провинции четырежды сменилось правительство. Придя к власти следующими, сепаратисты “Квебекской партии” не стали оспаривать постулаты модернизации и обновления. Они с готовностью приняли социал-демократические лозунги и только усиливали роль государства в экономике и общественной жизни (например, провели национализацию электроэнергии). В 80-е годы в провинции снова руководят либералы (нынешний министр экономики Ив Сеген из того времени – он был казначеем в кабинете Робера Бурассы), потом – снова сеператисты “Парти кебекуа”. Но никто из них не предавал идеалов “тихой революции”.

Тенденцию переломил Жан Шаре, под чьим началом Либеральная партия победила на апрельских выборах в этом году. Именно он “произнес ключевое слово”, дал сигнал, по которому начался откат от “завоеваний трудящихся”. Не случайно по взглядам Шаре –консерватор, а не либерал. До того как возглавить Либеральную партию Квебека, он был лидером федеральной Консервативной партии.

Придя к власти, Шаре немедленно зарекомендовал себя как убежденный политик правого спектра. Первым программным шагом его партии стал бюджет, обнародованный спустя 3 месяца после аналогичного документа “Парти кебекуа”. В связи с проигрышем последней на выборах ее собственный бюджет можно смело класть в зеленую корзинку на тротуаре.

Бюджет, составленный министром экономики Сегеном, точнее всего характеризуется двумя словами: “консервативный” и “благоразумный”. Для начала, признак благоразумия: изучив под лупой бухгалтерские книги “Парти кебекуа”, либералы отыскали в их финансах брешь аж на 4,3 миллиарда долларов! Откуда взялась эта брешь, не объясняется. О том, что она вообще существует, сепаратисты предпочитали помалкивать. О путях ее уничтожения тоже дискуссии не велись. Бернар Ландри и его соратники по партии лишь повторяли без устали, что деньги должны дать федералы, так как из-за допущенной ими бухгалтерской ошибки регион недополучает сотни миллионов долларов, причем в пользу Онтарио и Манитобы. Это явление, именуемое “фискальным неравновесием” (“desequilibre fiscale”), было досконально изучено как раз господином Сегеном, по случаю чего в прошлом году им был представлен обширный отчет, не раз цитировавшийся тогдашним премьером Ландри.

Впрочем, любые отчеты навряд ли могли стать действенным инструментом в борьбе за денежные дотации. Достаточно посмотреть на Жана Кретьена, чтобы понять: возвращения каких-либо “долгов” Квебек от Оттавы не дождется. Кретьена не поколебал бы даже новый референдум. Именно такой путь (вероятно, от полной безысходности) предлагал Бернар Ландри, чьи соратники однажды уже обожглись на референдуме о суверенитете. Мол, теперь будет еще один референдум, но не о суверенитете, а о том, должна ли Оттава возместить Квебеку недополученные средства.

Мертворожденный проект нового референдума никак не поколебал общественность: у большинства квебекцев при самом слове “референдум” начинается нервный тик. Закономерно, что в программе Либеральной партии нет ни слова ни о каком референдуме, да и сама проблема фискального неравновесия упоминается лишь вскользь. Шаре явно “не давит” на федеральное правительство, требуя денег. Возможно, это оттого, что какие-то неформальные договоренности по увеличению дотаций в Квебек уже достигнуты. Мол, мы вам обещаем отсутствие всяких референдумов о суверенитете в ближайшие 5 лет (то есть до 2008 года – самый поздний срок новых выборов), а вы за это и нас уважьте.

Вместе с тем уже сейчас, не дожидаясь помощи сверху, либералы определили 4 способа заткнуть “бюджетную дыру”.

Первый: снять с государственных дотаций целый ряд предприятий, в первую очередь высокотехнологичных (продажи по интернету) и работающих в сфере туризма и развлечений. Сэкономленные деньги – 800 миллионов.

Второй: изъять 800 миллионов из специального Фонда здравоохранения.

Третий: воздействовать на ведущие национализированные предприятия (“Гидро-Квебек”, “Лото-Квебек” и ликеро-водочную монополию) с тем, чтобы они больше давали в казну благодаря повышению эффективности. “Выжать” из госмонополий можно, по проектам либералов, до 700 миллионов.

Четвертый: урезать бюджет социального страхования, уничтожить льготы и проекты, обнародованные “Парти кебекуа” вплоть до марта месяца (льготы для проезда в общественном транспорте, щедрые пособия на ребенка во время декретного отпуска), а иные уже существующие проекты модернизировать.

До опубликования бюджета, например, либералы “прощупывали почву” для модернизации очень популярной системы государственных 5-долларовых детских садов. В прессу вбрасывались данные, по которым планировалось индексировать плату за такой детский сад в соответствии с доходами родителей – более обеспеченные платили бы больше. Также рассматривалась возможность “пустить” в систему государственных детских садов частный бизнес. Эти предложения вызвали немедленную демонстрацию протеста – сотни людей скандировали на прошлых выходных: “Руки прочь от 5-долларовых детсадов!”. В итоге, бюджет не содержит каких-либо мер по их модернизации.

Бюджет был обнародован в четверг, 12 июня. По поводу его второй части, опубликованной на следующий день, критики уже пролили немало чернил: дата обязывает. Особенно старались вчерашние руководители, а ныне оппозиционеры из “Парти кебекуа”. Они оценили бюджет как “тормозящий развитие Квебека”. Предсказывались социальные беспорядки в связи с опубликованием новой экономической политики. Бернар Ландри назвал бюджет “ужасным”. Еще бы: таких массовых урезаний госбюджета провинция еще не видела! Правда, в 1995-96 годах та же “Парти кебекуа” вынула миллионы долларов из бюджета министерства здравоохранения (что вылилось в массовое закрытие больниц), но сейчас партийцы предпочитают об этом не вспоминать. Нынче все наоборот: Шаре обещал увеличить медицинский бюджет, и выполнил обещание. В бюджете предусматриваются новые вложения в медицину и образование. Но по всем остальным фронтам – ножницы, ножницы, ножницы.

Девиз бюджета, по Иву Сегену: “Не спрашивайте, что государство может сделать для вас: задумайтесь о том, что вы можете сделать без государства”. Будет проведено ужесточение системы социального страхования: либералы хотели бы, чтобы 25 тысяч квебекских семей сошли с “велферной иглы”. Будут уничтожены программы по интеграции иммигрантов. Урезания коснутся работ по улучшению дорожной инфраструктуры. Исчезнет программа по подключению семей к интернету. Субсидии предпринимателям будут выдаваться с максимальной строгостью. Уменьшится фонд провинции, направленный на создание и пропаганду новых рабочих мест.

Путем всевозможных урезаний и ужиманий, “усушки и утруски”, либералы надеются выполнить к 2005 году свое главное обещание – уменьшить подоходный налог в Квебеке на 27%. Получится ли это? В последнем бюджете нет ни слова об облегчении налогового бремени. Министр экономики Сеген как бы предварил свой программный документ: “У меня для вас есть две новости: много плохих и одна хорошая”. Вот только плохие он выложил сразу, а с хорошими повременил до следующего сезона, когда ему предстоит обнародовать бюджет на 2004-2005 годы.

Сергей Голиков

Монреаль

Обновление от 16.06.2003.Предыдущие обновления см. ниже

Власть и расходы - народу

10 июня в Парламенте завершились дебаты по принятию поправок в закон С-24, ставящий с ног на голову всю канадскую систему финансирования политических партий. До настоящего времени никто не запрещал частным лицам и фирмам ссужать какого угодно политика любыми суммами на предвыборную борьбу, как это происходит в США, где каждый желающий может предоставить свои сбережения “гражданскому обществу” в лице политической партии, за что получит возврат налогов.

С началом информационного бума практика поддержки политических партий и отдельных кандидатов приобрела невиданный размах. Сегодня предвыборные кампании не ограничиваются поездками по стране на бричке или поезде, поэтому политикам требуется поистине астрономический бюджет. В него входят рекламные расходы, ангажирование пиар-менеджеров, организация бурных празднеств с гремящей техно-музыкой, девушками-cheerleaders, конфетти, лозунгами и световыми эффектами... Как результат, мы видим прогрессирующее сведение предвыборных кампаний к простейшему денежному эквиваленту. Теперь неважно, что говорит кандидат и в каких выражениях он излагает свою программу. Что бы он ни предлагал, если в его карманах – шиш, то никто и никуда его не выберет, даже в дворники. Потому что если он гол как сокол, то не мелькать ему на телевидении, не тратить умопомрачительные суммы на создание собственного имиджа, не окучивать избирателя глянцевыми буклетами и завлекательными шоу.

Машина политических предсказаний (опросы общественного мнения, комментарии экспертов, аналитические выкладки) меркнет перед простейшим показателем: у кого на счету больше денег, тот и будущий президент (мэр, конгрессмен). Ставят на кандидата в зависимости от той суммы, которую он смог “натрясти” с денежных мешков и иных категорий граждан. Не надо быть Кассандрой, чтобы, руководствуясь этим поистине “золотым” правилом, узнавать лидера.

За последние годы в США прошли 3 широко освещавшиеся в прессе предвыборные кампании, которые завершились победой наиболее “оплаченного” кандидата (статьи о денежном эквиваленте каждого баллотирующегося регулярно появлялись в прессе). Так, сначала изо дня в день расписывались техасские нефтяные связи Джорджа Буша и его команды - и, как следствие, огромный размер предвыборной кассы республиканцев. Затем подобная схема была задействована в раскрутке нынешнего мэра Нью-Йорка Майкла Блумберга, и, наконец, “денежная независимость” стала едва ли не главным козырем потенциального сенатора от Нью-Йорка Хиллари Клинтон (не считая ее родственных связей, разумеется).

Освещая путь каждого из этих кандидатов, пресса не забывала смаковать их рекорды по привлечению капиталов на свою предвыборную кампанию. Последующий успех трех “знаковых” кандидатов на выборах подтвердил правило капитализма: побеждает сильнейший. Концентрированное выражение силы – в деньгах. Ни Бушу, ни Блумбергу, ни мадам Клинтон не повредил имидж “денежного мешка” (хотя тон посвященных им статей мог быть откровенно иронично-критическим).

Нечто подобное наблюдается и в Канаде, когда речь заходит о предвыборной кампании Пола Мартина за пост лидера Либеральной партии. О безусловном превосходстве Мартина над другими кандидатами говорят не только его опыт и политические взгляды, но и… размер его предвыборной кассы (в Северной Америке ее также – не без иронии - называют индейским выражением “war chest” - военные расходы). Большинство репортажей о Мартине включает упоминание о его “слепом фонде” (“blind trust”), куда каждый желающий может внести сколько угодно, причем сам владелец фонда не будет знать имени дающего (что исключит конфликт интересов).

Пол Мартин неоднократно отказывался опубликовать сумму, покоящуюся нынче в его “слепом фонде”, обещая сделать это непосредственно перед выборами будущего главы государства в октябре месяце. Закон позволяет ему это. По закону, принятому прошлым летом, Мартин и другие претенденты обязаны сравнительно быстро предавать гласности лишь денежные переводы, полученные в течение последнего года. Все трое следуют букве закона, но Джону Мэнли и Шейле Коппс, противостоящим Мартину, это не дает никаких преимуществ – собранные ими суммы кажутся жалкими на фоне неведомых богатств Пола Мартина, потаенных сундуков со скопленными фондами для выхода на “тропу войны”. Противники Мартина лишь подчеркивают свою собственную беспомощность.

Стремясь вернуть политические дебаты на прежний уровень и “демократизировать” канадский парламентаризм, Жан Кретьен лично организовал реформу финансирования политических партий. Чем продиктован этот важный и ответственный шаг, который, по мнению аналитиков, перевернет всю канадскую властную систему? Ностальгией по прошлому, когда не так сильна была зависимость от пиар-менеджеров и СМИ? Желанием оставить по себе добрую память? Стремлением утереть нос “меркантильным” американцам? Или более приземленными причинами, о которых мы уже писали? Напомним, что мы освещали первоначальный вариант закона С-24, в частности, его стержень: закон предполагал выплачивать политическим партиям $1.50 за каждый голос, поданный за них на выборах. Перейдя таким образом на государственное финансирование, партии лишались возможности получать крупные суммы от предприятий и профсоюзов. Эти учреждения смогли бы помогать лишь окружным комитетам или партийцам, претендующим в кандидаты по тому или иному округу. При этом порог финансовой поддержки со стороны учреждений – $1000 в год. Частные лица по-прежнему могли бы поддерживать деньгами непосредственно партию или кандидата на лидерство, но их помощь должна была ограничиваться $10000 в год.

До представления в Парламент проект закона прошел “обкатку” в правящей партии. Вроде бы никто не был против демократизации политической жизни Канады, тем более что демократизация в более приземленных аналогах означала внушительный 7,8-миллионный куш для либералов, получивших на прошлых выборах голоса 5 252 031 канадцев. Но кое-кто был “за” с оговорками, например, будущий премьер-министр Пол Мартин. Каков характер этих оговорок, мы узнали на прошлой неделе, когда закон с внесенными в него поправками обсуждался в Парламенте.

Закон С-24 критиковали в основном за то, что он является палкой о двух концах. Претендуя на “демократичность”, он в то же время превращает выборы в своеобразное взимание “налога с демократии”. Предложенная сумма в $1.50 сильно напоминает мзду в церкви, только кладется она на сей раз не в корзинку, а в партийную кассу. Получается, каждый канадец, идущий на выборы, вынужден будет принудительно делать партвзнос. Может быть, это - способ усилить “гражданское общество”, но…

Но госбюджет в результате новой инициативы либералов должен опустеть после следующих выборов на 40 миллионов долларов. И суть предложенных либералами поправок не в том, чтобы облегчить это новое финансовое бремя, а в прямо противоположном. Потому что главное принятое изменение касается увеличения “предвыборного сбора” с $1.50 до $1.75, что автоматически поднимает “добычу” Либеральной партии после ее блестящего выступления на последних выборах с $7,8 млн. до $9,1 млн. Неслабо! Теперь либералы не только смогут рассчитаться с долгами, накопленными, в частности, их квебекским звеном (соответствующие бухгалтерские расчеты приводились в нашей предыдущей статье - “Ваш голос чего-то стоит!”), но и избавиться от дефицита, намечающегося в текущем году. Он как раз и составляет “недочтенные” 1,3 млн. долларов. А при пересчете на все политические партии общее увеличение финансовой нагрузки на голосующих составит 3 млн. долларов.

Другой аспект закона улучшает финансовое положение баллотирующихся кандидатов. Это касается возврата части денег, потраченных на предвыборную кампанию. До сегодняшнего дня в кассу возвращалось 50% расходов. После принятия закона эта цифра увеличится до 60%.

В том, что касается ограничений на вложения в партийную кассу от частных лиц и фирм, закон остался прежним или даже был ужесточен. Так, денежные поступления от граждан ограничиваются цифрой $5000 (вместо $10 000). Денежные поступления от фирм по-прежнему не могут превышать $1000.

Сторонники нового законодательства (это партии левого спектра в Парламенте – “Квебекский блок” и НДП) утверждают, что политические структуры и без того финансируются обществом – путем предоставления налоговых льгот крупным меценатам. Так что перевод на полное общественное финансирование лишь оздоровит канадскую политическую жизнь и выбьет опору из-под тех воротил крупного бизнеса, которые пытаются влиять на народных избранников.

Впрочем, влияние это весьма и весьма опосредовано. Так, на прошлых выборах правящая партия основную часть своих “военных расходов” (685 тысяч долларов) получила от конгломерата 8 крупнейших канадских финансовых учреждений (“Bank of Montreal”, “BMO Nesbitt Burns”, “Royal Bank”, “RBC Dominion Securities”, “Toronto Dominion Bank”, “TD Securities”, “ScotiaBank” и “Canadian Imperial Bank of Commerce”). Но те же банкиры “не забыли” и “Канадский альянс”, в кассу которых от них поступило 638 тысяч долларов (то есть, была сделана равная ставка на либералов и “Альянс”), а также консерваторов (442 тысячи долларов). Другие фирмы также не оказывают предпочтение одной партии, а поддерживают все сразу (за исключением НДП и “Квебекского блока”, получающих денежное вспоможествование лишь от частных лиц и профсоюзов). Вот реестр предвыборных расходов “Бомбардье”: либералы – 100 тысяч, “Альянс” - 40 тысяч, консерваторы – 25 тысяч. “Canadian National”: 93 тысячи либералам и по 52 тысячи “Альянсу” и консерваторам. Впрочем, есть и более целеустремленные меценаты: например, Тед Роджерс, глава “Rogers Communications”, выделил 90 тысяч долларов лишь консерваторам.

Теперь эти многие тысячи долларов перекладываются на плечи налогоплательщиков, что несколько странно выглядит в связи с растущей апатией избирателей и разочарованием в демократических институтах. Голосованием 129 против 74 депутаты Парламента постановили завершить дебаты по новому закону. Теперь закон поступит в Сенат, после чего будет принят Палатой представителей. Почувствует ли разницу после этого все более циничный канадский электорат?

Сергей Голиков

Обновление от 09.06.2003.Предыдущие обновления см. ниже

Человек сделки

31 мая, в субботу, после ожесточенной и непредсказуемой борьбы стал известен последний игрок канадской политической “пятерки”. Делегаты съезда Консервативной партии избрали нового руководителя. Им стал 37-летний член Парламента из Новой Шотландии Питер Маккей (Peter MacKay).

Мы постоянно знакомим читателей с новыми лицами на политическом горизонте. За последние 2 года “пятерка” канадских партийных руководителей заметно омолодилась и на 80% поменяла свой состав. На посту остался лишь Жилль Дюсепп из “Квебекского блока”.

Стивен Харпер был первым, сменив Стоквелла Дэя на Парламентском холме весной 2001 года. По сложившейся традиции, Харперу дали без проволочек пройти в федеральное законодательное собрание по округу Калгари. Против него не выставляли кандидатур ни либералы, ни Новые демократы.

В августе 2002 года исчезла недосказанность в вопросе передачи власти в Либеральной партии. Жан Кретьен объявил о своей грядущей отставке… в феврале 2004 года. Несмотря на то, что до избрания нового руководителя правящей партии и главы государства оставалось 2 года, имя его уже было известно: Пол Мартин. К моменту псевдо-отречения Кретьена Мартин уже в течение почти 10 лет был членом Парламента. До 2002 года он занимал пост министра финансов. Сейчас - сидит “на задней парте”. Но это – показная скромность. Это секрет Полишинеля. Мартина уже сейчас и в Канаде, и за рубежом рассматривают как фактического главу правительства. Поэтому именно его, рядового депутата, послали представлять Канаду на ежегодном Всемирном экономическом форуме в Давосе. На встречу “Большой восьмерки” в Эвиане Кретьен, впрочем, отправился сам.

Нынешней зимой сменилось руководство третьей парламентской партии – Новых демократов. Главой НДП вместо Алексы Макдоналд стал Джек Лэйтон, потомственный политик. Правда, пока он заседает лишь в муниципалитете Торонто. Но это не помешало ему одержать уверенную победу над остальными восемью кандидатами. После победы Лэйтон категорически отказался просить кого-либо из своих соратников по фракции освободить для него местечко на скамье Палаты представителей. А поскольку промежуточных выборов в ближайшее время не предвидится, новый лидер НДП ждет всеобщих выборов, которые, возможно, объявит, придя к власти, новый глава правительства Пол Мартин. Лэйтон, не имеющий права голоса в дебатах народных избранников, регулярно появляется в коридорах Парламента и неизменно высказывается по всем спорным вопросам. Чем изрядно досаждает депутатам от правящей партии и “правым” противникам НДП из “Канадского альянса”.

Новый глава консерваторов Питер Маккей, как и Лэйтон, потомственный политик. Он сын бывшего министра в правительстве Брайана Малруни Элмера Маккея. Напомним, что то правительство было с оглушительным треском повержено либералами в 1993 году. У консерваторов тогда осталось всего 2 депутата, одним из них был нынешний премьер-министр Квебека Жан Шаре. Став руководителем Консервативной партии, Шаре на следующих выборах увеличил ее достижения вшестеро, благодаря чему консерваторы снова получили официальный партийный статус. Именно на тех выборах, в 1997 году, молодой государственный прокурор из Новой Шотландии Питер Маккей стал депутатом Парламента. Он тут же был назначен критиком министерства юстиции от Консервативной партии, а также получил полномочия руководителя фракции консерваторов в Парламенте. Напоминаем, что лидером партии после Шаре был избран Джо Кларк.

Кларк, представляющий “старую гвардию” в парламенте, объявил о своей отставке почти одновременно с Жаном Кретьеном. Но в его случае срок отставки был назначен пораньше - на 1 июня. В борьбу за место 23-го руководителя старейшей канадской политической партии вступили 7 кандидатов. Наиболее перспективными считались Маккей, а также юрист из Калгари Джим Прентис (Jim Prentice) и фермер с “говорящей” фамилией, борец за чистоту окружающей среды Дэвид Орчард (David Orchard), родом из Саскачевана. Механизм избрания нового лидера прост: “первички” выбирают депутатов на съезд в Торонто, а те, количеством до 3000 человек, определяют лидера из семи кандидатов (потом их стало 6, после того как единственный квебекский член Парламента от консерваторов Андре Башан заявил о своем выходе из предвыборной гонки за неимением шансов).

Чем больше партийцев делегировалось на съезд, тем больше среди них оказывалось сторонников Маккея. Его поддержка держалась на уровне 40%. Вторым шел Орчард, профессиональный критик свободной торговли с США, изоляционист в экономике и в вопросе возможного объединения двух правых партий (консерваторов и “Альянса”). У Орчарда было около 25% сторонников. Но эти цифры мало о чем говорили – все должно было решиться в день выборов, 31 мая.

После первых трех голосований победа Маккея оказалась под угрозой: его теснит более опытный юрист из Калгари Прентис. Недостаток Прентиса: он не член Парламента. Однако несколькими месяцами раньше Джек Лэйтон на таком же съезде НДП доказал, что это не противопоказание для того, чтобы быть избранным. Под угрозой поражения Маккей пошел на отчаянный шаг, чем сразу снизил градус уважения к нему в канадских политических кругах. Он предпочел “поступиться принципами” ради достижения скороспелого политического успеха. Маккей и Орчард заключили между собой пакт, и Орчард, “случайный человек” в Консервативной партии, судя по его борьбе со свободной торговлей (в свое время договор о свободе торговли с США ратифицировали как раз консерваторы во главе с Брайаном Малруни), передал “свои” голоса Маккею. Эта поддержка позволила молодому политику выиграть. Маккей же обещал Орчарду создать базу для пересмотра договора с США о свободной торговле, а также исключить возможность слияния Консервативной партии с “Канадским альянсом”.

Конечно, нельзя не заметить политической легковесности первой инициативы. От Консервативной партии в Парламенте заседают всего 15 делегатов (из 301!). Эта мини-формация никак не может повлиять на торговую политику Канады. Она вообще не может ни на что повлиять и фактически с памятного поражения 1993 года до сих пор остается смутным миазмом прошлого. На деле в стране сейчас одна по-настоящему “правая” партия, несгибаемая в идейных вопросах. Это – “Канадский альянс”. Консерваторы же остаются расплывчатым политическим образованием, без четко выработанной платформы и без имиджа. Именно подправить этот имидж и призвано избрание “красавчика” Маккея, владеющего ораторским даром.

Впрочем, за внешними качествами нового лидера консерваторов стоит немногое - его избрали явно за неимением лучшего. Помнится, еще в январе премьер Нью-Брансуика Бернар Лорд, отмеченный самим экс-президентом США Джорджем Бушем старшим (они вместе ловили лосося), объявил, что не вступит в предвыборную борьбу за пост лидера Консервативной партии. Место премьера канадской провинции ему важнее. Это указывало на истинный вес партии консерваторов, абсолютно лишенной потенциала «человеческого фактора». Примером такого потенциала можно считать блестяще выигравшего последние выборы в Квебеке Жана Шаре.

Что можно рассказать о Маккее? Еще в 17 лет он занимался мелким извозом на политической ниве. Это было в 1983 году. Тогда отец Маккея отказался от своего парламентского кресла в пользу новоизбранного лидера консерваторов Брайана Малруни. Маккей-младший стал неофициальным шофером красавицы-жены будущего канадского премьера, затем поступил в Акадийский университет, где изучал изящные искусства и литературу, однако в результате окончил историко-политический факультет. Получил диплом бакалавра права в университете Далхаузи. Учился на “твердые четверки”. По протекции отца отправился работать за океан, в Германию. Вернувшись, занял пост государственного прокурора в Нью-Глазго (Новая Шотландия), где и трудился с 1993 по 1997 год. После этого начинается его политическая карьера.

Взгляды Маккея в течение всего времени, что он заседает в Палате представителей, остаются расплывчатыми (хотя он считается “самым консервативным консерватором в вопросах экономики”). Маккей твердо стоит против декриминализации марихуаны и против расширения института брака. Но в более важных вопросах Маккей “плывет”. Так, если спросить его о возможности объединения консерваторов с “Канадским альянсом”, он начнет переливать из пустого в порожнее и увиливать от ответа. Гораздо честнее повел себя Стивен Харпер, после своего избрания выпустивший соответствующий документ с четко определенными условиями и приоритетами “Канадского альянса” в данном вопросе. Только из-за своей бесхребетности Маккей на скорую руку принял предложение Орчарда и с ходу оттолкнул от себя по праву занимающего правое крыло в канадском законодательном собрании Харпера.

Стоило Маккею появиться в Парламенте в качестве нового партийного лидера, как он тут же вызвал на себя огонь критики. Особенно оскорбленным выглядел Стивен Харпер. Отличились “зубастостью” и либералы. В частности, министр международной торговли Пьер Петтигрю не преминул поздравить Маккея с успехом заключенной на днях сделки и поинтересоваться: не забыл ли после этого события новый партийный лидер о том, что между США и Канадой существует соглашение о свободной торговле? Маккея осаждали репортеры, а он был вынужден оправдываться: мол, я ни в коем случае не против свободной торговли, я за и только за, но времена меняются, и мы должны меняться вместе с ними. Именно на это и будет направлена наша работа по пересмотру соглашения о свободной торговле – на усовершенствование, а не на отмену. Вот, мол, и сам экс-премьер-министр Малруни так считает, я с ним как раз об этом вчера говорил…

Смог ли Маккей восстановить доверие народных избранников своими оправданиями? Навряд ли. Для него карьера ведущего канадского политика началась с публичной порки. Не исключено, что именно он станет следующим “мальчиком для битья” в Парламенте. До него плачевно закончил свою деятельность во главе “Канадского альянса” Стоквелл Дэй. С той разницей, что за Дэем стояла крупная, внушительная, организованная партия, а за Маккеем – обломки былого величия. Возможно, такого соперника и воспринимать никто серьезно не будет.

Сергей Голиков

Обновление от 01.06.2003.Предыдущие обновления см. ниже

Одна корова в стойлах Альберты

Сенсационная пресс-конференция рассказала о новой напасти, грозящей чуть ли не всему континенту. На этот раз “джинна из бутылки” выпустили в Западной Канаде, на небольшой ферме рядом с местечком Вэнам (Wanham) в провинции Альберта. Официально объявлено о первом в Канаде “собственном” случае «коровьего бешенства».

Север Альберты – место дикое, пустынное: только фермеры да их скот. Западная провинция Альберта – не только “нефтяной рай” Канады, но и край обильных пастбищ, лидер страны по производству говяжьего мяса. На нее приходится 39% этой продукции.

Производство говядины – важная часть канадской экономики. 30 миллиардов годового дохода! Это один из двух столпов сельскохозяйственного сектора (наряду с производством зерновых). В 2001 году Канада поставила на мировой рынок 575 тысяч тонн говядины. 90% экспорта пошло в Соединенные Штаты. Там канадскую говядину считают грозным конкурентом национальному производителю. Как канадскую пшеницу, канадскую картошку, канадские помидоры, канадскую древесину…

Американский “Макдональдс” после сенсационной пресс-конференции даже выступил с громогласным заявлением, что не использует канадскую говядину в производстве гамбургеров. Эта “отмазка” должна была не только успокоить покупателя (и – что важнее – биржевых маклеров), но и лишний раз напомнить о лояльности.

Тем не менее, канадское мясо уходит на юг, через границу, и до недавнего запрета оно составляло 7% от общего потребления говядины американцами. “С другой стороны”, т.е. с канадской точки зрения, цифра еще более впечатляюща: 78% всей канадской говядины отправляется за границу, в США. Американский потребитель, как видим, является неотъемлемым условием канадского благосостояния. На экспорт идут и сами коровы – в прошлом году их было продано американцам аж 1,7 миллиона! Это 75% всего американского импорта крупного рогатого скота. Канада прочно занимает первое место среди его экспортеров в США.

И вот – такой конфуз! И ни малейшей возможности его скрыть.

Мир капитализма, безусловно, не образец правды. Скрывают реальные доходы предприятий, свято блюдут коммерческую тайну, мало кто знает реальные размеры и происхождение вкладов в политические партии… Замолчали бы и одну-единственную корову, рожденную на канадской земле и павшую там от бешенства. Наверное, на это и рассчитывали, отправляя голову погибшего животного в провинциальную лабораторию.

Корова была забита 31 января текущего года. Тогда же голову отправили на проверку в лабораторию в крошечном городке Фэйрвью (Fairview) на севере Альберты. 8 февраля часть мозга коровы прибыла в Эдмонтон, для специальной проверки на коровье бешенство. Однако исследование коровьего мозга оценили как “низкий приоритет” и поставили в общую очередь. В этой очереди исследуемый образец простоял до 12-13 мая. И только 16 мая стало известно, что результат теста на органической ткани не исключает, что корова была больна губчатой энцефалопатией крупного рогатого скота, то есть «коровьим бешенством». И пошло-поехало… Часть мозга отослали в Канадское агентство по контролю за пищевыми продуктами (Canadian Food Inspection Agency) в Виннипег. И этот тест не исключил коровьего бешенства. Наконец, мозг отправили на родину болезни, в Великобританию. 20 мая пришел ответ: тест позитивный, корова действительно была больна. После такой тройной проверки министр сельского хозяйства Канады Лайл Ванклиф созвал чрезвычайную пресс-конференцию.

Почему потребовалась тройная проверка? Легко ответить. Потому что даже единственный случай коровьего бешенства влечет за собой неминуемые последствия: поголовное истребление всех коровьих стад, когда-либо соприкасавшихся с зараженным животным. Тест на коровье бешенство может проводиться только на трупах крупного рогатого скота. Чтобы со спокойным сердцем заявить, что опасности не существует, надо сначала искоренить саму возможность распространения заболевания, то есть забить всех коров. Значит, Лайл Ванклиф объявлял не только о плачевной участи одной-единственной буренки, но и о том, что всё стадо уходит на “карантин”. О, в данном случае это слово приобретает поистине зловещий оттенок! Потому что надо забить поголовно стадо, и не одно, а все, где когда-либо содержалось это животное. И это при том, что коровье бешенство передаётся только при попадании заражённого мяса (и только мозговой ткани) в пищу.

На пресс-конференции господин Ванклиф объявил, что все стадо, к которому в течение 6 месяцев принадлежала заболевшая корова (бывший рыбозаготовщик из Миссисипи Марвин Пистер купил ее на аукционе 23 августа 2002 года), будет уничтожено. 192 коровы простились с жизнью… зазря. 25 мая из лабораторий пришли негативные результаты тестов их останков. Теперь канадские чиновники подвергают «карантину» остальные стада, к которым в течение 5 лет жизни принадлежала злополучная корова. В прессе даже появилась ее биография: родилась в Саскачеване в 1997 году, через год продана в Альберту, там пару раз переезжала с фермы на ферму, пока опять не осела в Саскачеване. Целых 4 года, с 1998 по 2002, принадлежала некоему Брайану Барби. За эти 4 года родила четырех телят. В 2002 году несчастный Барби расстается со стадом: коров нечем кормить – засуха. Буренку покупает Марвин Пистер, но покупка оказывается “несчастной”: уже через несколько месяцев корова сдохла, предположительно, от пневмонии.

Сегодня все эти стада, а также 3 фермы в Британской Колумбии, куда могло быть отправлено заражённое мясо, ликвидированы. 17 ферм в трех провинциях Канады подвергнуты карантину. Проверка может дать отрицательный результ, и тогда канадские высшие чиновники постараются, чтобы США сняли свой запрет на ввоз из Канады крупного рогатого скота, говядины и субпродуктов. Проверка может  выявить животное, от которого заразилась корова. Если этот “источник заразы” вдруг окажется родом из Великобритании или иной страны Старого Света, то можно будет смело говорить: концы в воду, мы здесь вовсе ни при чем. Удастся ли снова перевести Канаду в разряд стран, свободных от «коровьего бешенства», - большой вопрос.

В настоящее время «коровье бешенство» не зарегистрировано лишь в 6 странах, производящих говядину: США, Новой Зеландии, Австралии, Аргентине, Бразилии, Уругвае. Нетрудно заметить тенденцию: Старый Свет пал жертвой этого недуга. Болезнь пока не имела лазейки на островные государства (Австралия, Новая Зеландия), каким можно считать и весь Новый Свет. Лишь однажды нога животного, больного губчатой энцефалопатией, ступала на североамериканскую землю. Это произошло в 1993 году, тоже в Канаде, и тоже в Альберте. Однако тогда ни США, ни другие страны не стали запрещать ввоз канадского мяса, так как распространение заболевания было пресечено в зародыше: во-первых, сама корова была “не из местных”, во-вторых, стадо было безжалостно уничтожено.

Поговаривают о ПОЛНОМ запрете кормить любых домашних животных костной мукой. Свиньи, благодаря особому строению организма, обладают иммунитетом от губчатой энцефалопатии, но от них может заразиться и умереть… кошка, как это уже было в Великобритании. Инкубационный период губчатой энцефалопатии крупного рогатого скота – до 8 лет, так что заразиться могла не только эта несчастная корова, а недуг может проявить себя еще нескоро и в самых неожиданных местах.

Вслед за США запретили ввоз канадской говядины и канадского крупного рогатого скота Австралия и Новая Зеландия, Япония и Южная Корея. Австралийские власти “держат под прицелом” весь скот, привезенный из Канады. В Южной Корее, импортировавшей за последние 4 месяца 19 тысяч тонн канадской говядины, все канадское мясо будет отослано обратно (читай: выброшено). Впрочем, эти “мелкие неприятности” волнуют фермеров меньше, чем закрытая американцами граница. Запрет США на ввоз мяса крупного рогатого скота из Канады в течение двух месяцев приведет к банкротству внушительного числа фермеров. Эмбарго на протяжении всего летнего сезона полностью разрушит сельское хозяйство Западной Канады.

Канадские оппозиционные политики задаются вопросом: почему голова злополучной коровы так долго пролежала в холодильнике в ожидании своей участи? Сам этот факт – дополнительный аргумент для американских высокопоставленных сторонников национального производителя, которые спят и видят, как бы отсечь от рынка США конкурентов из Канады. Федеральные власти валят все на провинциалов: мол, находись инфекционные проверки скота в руках федеральных агентств, тест был бы проведен за 2-3 суток. Провинциалы оправдываются недостаточным финансированием. А премьер-министр Канады Жан Кретьен… меняет диету: из китайских ресторанов направляет свои стопы в стейк-хаусы.

Сергей Голиков

Справка: губчатая энцефалопатия крупного рогатого скота (спонгиформная энцефалопатия, болезнь “бешеных” коров) - медленно протекающая инфекционная болезнь, вызываемая прионом (белковый инфекционный агент) и характеризующаяся поражением центральной нервной системы и стопроцентной летальностью. Губчатая форма энцефалопатии берет свое начало от овец и впервые зарегистрирована в Великобритании в 1986 году. Мозг пораженного животного напоминает губку – отсюда и название. У человека, съевшего мясо пораженного животного, может развиться болезнь Крейтцфельда-Якоба, заканчивающаяся параличом и смертью. В Европе более ста человек стали жертвой этого заболевания с 1995 года.

Губчатой энцефалопатией болеет взрослый рогатый скот, а также домашние коты (72 случая в Англии и 1 в Норвегии), пумы, оцелоты, антилопы, чернохвостые олени, гепарды, в лабораторных условиях - белые мыши. Основной причиной возникновения болезни является использование для кормления мясокостной муки, изготовленной из трупов погибших животных. На это указывает значительное уменьшения случаев заболеваемости после введения запрета на кормление скота такими кормами. Болезнь не передается от животного к животному, а возможность заражения плода от матери составляет лишь 5-15%. Надо полагать, существует еще не известный фактор передачи и возникновения губчатой энцефалопатии.

   Обновление от 25.05.2003.Предыдущие обновления см. ниже

Не про нашу честь

Помните детскую песенку?

- Далеко, далеко, на лугу пасутся ко…

- Козы?

- Нет, не козы!

- Далеко, далеко, на лугу пасутся ко…

- Кони?

- Нет, не кони!

- Далеко, далеко, на лугу пасутся ко…

- Коровы?

По сценарию дальше оказывается: да, коровы. Но что нам сценарий? Продолжим в свете текущих событий:

- Далеко, далеко, на лугу пасутся ко…

- Коровы?

- Нет, не коровы!

- Далеко, далеко, на лугу пасутся ко…

- Контракты?

- Правильно, контракты!

Жди контракт от Буш и Ко,

Если взял Ирак ты!

1 мая президент Буш на борту авианосца “Авраам Линкольн” объявил о прекращении боевых действий в Ираке. Подразумевается: силы антисаддамовской коалиции одержали победу. Однако слово “победа” практически не употребляется, во всяком случае на официальном уровне. В Великобритании исключена возможность парада для частей, возвращающихся из Ирака. В США вроде бы такой парад планируется в Нью-Йорке и Вашингтоне, но без помпы. Победу пока празднуют лишь промышленники, выигравшие контракты на восстановление инфраструктуры Ирака, прежде всего связанной с нефтью и ее транспортировкой.

Вопрос иракских контрактов обсуждался задолго до войны. Из Вашингтона поступали четкие сигналы: известное кредо администрации Буша “Если вы не с нами, то против нас” в связи с веяниями времени было изменено на “Если вы не с нами, то вы в пролете”. После твердой антивоенной позиции Германии, Франции и России Конгресс США законодательным актом исключил компании этих стран из борьбы за контракты в поверженном Ираке. В отношении других стран такого остракизма не было, но заветные подряды в любом случае доставались бизнесменам в соответствии с рвением их правительств относительно американского «похода» в Ирак. Так, компании из Польши стали субподрядчиками американцев (100% головных контрактов были отданы американским компаниям, как правило, связанным с вашингтонской администрацией). Их в Ирак “допустили”. А ближайших соседей, канадцев?

В нашей стране, как и в США, шкуру неубитого Саддама начали делить задолго до начала военных действий. Канадские компании, сравнительно небольшие по сравнению с американскими конкурентами, но с прибылью тем не менее в миллионы долларов, надеялись через СМИ и общественное мнение провести прессинг на бюрократов США, решающих, кому восстанавливать Ирак и пожинать дивиденды. Ведь еще до того, как удачливые предприниматели получат осязаемую прибыль за свою работу по асфальтированию дорог и восстановлению аэропортов и других частей инфраструктуры, виртуальное золото уже потечет на их банковские счета – повысятся их котировки на бирже. Иракский подрядчик – это суперпрестижно. И даже по-прежнему взрывоопасная обстановка в регионе не повлияет на настроения инвесторов.

Итак, в преддверии войны в Ираке по государственному канадскому телевидению замелькали злободневные телерепортажи из серии “Ими гордится страна”. Как правило, герой таких агиток - честный бизнесмен, обогащающийся с поразительной быстротой, но успевающий приносить пользу обществу.

Нынешние “сводки с полей” были посвящены героям-пожарным, специалистам по тушению нефтяных скважин. По непроверенной информации, скорее всего, поступившей от самих заинтересованных лиц (бизнесмен не преминет похвастаться своими самыми отдаленными перспективами при малейшей к тому возможности), США рассматривали канадские компании по тушению нефтяных скважин в качестве возможных подрядчиков, если Саддам Хусейн подожжет свое нефтяное богатство.

Две канадские компании считаются лидерами по тушению нефтяных скважин: “Safety Boss” и “Red Flame”. Обе находятся в провинции Альберта, богатой нефтяными месторождениями. Обе - классический пример головокружительного делового успеха. На их попечении минимум административных сотрудников (от 10 до 50), а доходы составляют сотни миллионов долларов. “Safety Boss” получила полтора миллиарда за свою работу в Кувейте после первой войны в Персидском заливе. Тогда усилиями компании было ликвидировано 180 горящих скважин в течение 200 дней. Эта производительность труда намного превышала аналогичный показатель американских компаний. По окончании своей миссии компания из Альберты по приглашению правительства оставалась в Кувейте еще несколько месяцев: за дополнительный бакшиш специалисты очищали пустыню от липкой, вязкой нефтемассы.

Но недолго канадские нефтяные пожарные красовались на экранах телевизоров. Их прессинг оказал противоположное воздействие. В силу различных причин Оттава в вопросе войны с Ираком пошла на резкий разрыв с южными соседями, что дало последним повод отказаться от услуг канадцев и выдать контракт на тушение скважин компании, которой он, вероятно, и предназначался изначально. Это бывшая фирма нынешнего вице-президента Дика Чейни “Halliburton”.

Компания “Halliburton” базируется в Техасе и фактически осуществляет всю инженерную поддержку махины американской армии. “Halliburton” наводит мосты, строит дороги и лагеря для военных, а теперь, как видим, и тушит нефтяные скважины. Перед тем как стать вице-президентом, мистер Чейни ушел с поста ее генерального директора и отказался от своих акций, за что получил 30 миллионов отходных, выплачиваемых в течение 5 лет. Теперь “Halliburton” получила большую часть подрядов на восстановление Ирака (багдадский аэропорт восстанавливает американская компания “Bechtel”). Контракт на тушение скважин, равный 500 миллионам долларов, был первым в серии вице-президентских достижений. В результате компания, некогда подначальная Чейни, может разбогатеть на 3 миллиарда долларов, не считая поднявшейся цены акций. К слову, в настоящее время над “Halliburton” тяготеет иск от пострадавших при работе с асбестом. Бизнесмены рады были бы уладить иск полюбовно, выплатив жертвам миллионные компенсации.

Удар американского правительства по канадским деловым кругам был вскоре поддержан частным бизнесом. Бывшие подопечные Дика Чейни начали искать субподрядчиков среди земляков, техасских компаний, особенно тех из них, у кого дела плохи. Все канадские надежды на дивиденды от войны в Ираке вылетели в трубу. В прессе замелькали растерянные свидетельства двух “главных пожарных” из Альберты. Хозяин “Red Flame” Боб Сэйерс рассказал о том, как он регулярно названивает коллегам из США, а те лишь дразнят его. Сэйерс уже и ранчо в Монтане купил, и налоги наверняка платит в американскую казну (там они меньше), поскольку у него двойное гражданство. 67-летний миллионер мечтает всего-навсего отправить на Ближний Восток пару команд своих подопечных. Он не хватает звезд с неба. Но и это под серьезным вопросом, поскольку Канада отвергла своих “лучших друзей” и оставила их в одиночку биться с “ужасным тираном Саддамом Хусейном, угрожающим безопасности США”. Правда, американцы не упускают случая проверить Сэйерса на лояльность и организовывают звонки в его фирму якобы из Ирака с контрпредложениями. Практичный Сэйерс прекрасно знает, что эти разговоры записываются, поэтому “отвечает правильно”.

Хозяин компании “Safety Boss” Майк Миллер не ждет подарков судьбы. Движимый своими экономическими интересами, он отправился за помощью к ведущим политикам. В результате сразу два руководящих лица Альберты обратились к американским коллегам с верноподданическими заявлениями. Вначале отличился премьер-министр Альберты, “нефтяной король” Ральф Кляйн. В письме послу США в Канаде Полу Селюччи Кляйн писал о “вечной дружбе” между Канадой и США и о стыде за действия федерального правительства. Одного письма Кляйна было недостаточно. Министр энергетики Альберты Мюррей Смит обратился с посланием к Дику Чейни (присовокупив к нему депешу Ральфа Кляйна), в котором просил пересмотреть решение о выдаче контрактов и допустить компанию “Safety Boss” к работам в Ираке. “Мы, жители Альберты, должны иметь право трудиться по всему миру, не будучи стеснены политикой”, - так он обосновывал свой демарш.

Хозяин компании “Safety Boss” Майк Миллер даже побывал в Техасе и был допущен к руководству “Halliburton”. Его приняли, выслушали, покачали головой, пообещали перезвонить... Обычная реакция, когда не хочется трепать нервы, отказывая напрямую. Майк Миллер прекрасно понял, что к нему отнеслись несерьезно: его не спросили ни о мощностях компании, ни о ее возможностях, ни об оборудовании. Тогда, не надеясь на “дело писчее”, “нефтяные короли” из западной Канады задействовали гражданское общество. Были организованы довольно внушительные (до 5 тысяч человек) проамериканские митинги, выступившие за “смену режима в Оттаве”. Чтобы обеспечить наглядную агитацию на митингах, в магазинах Альберты были раскуплены все американские, английские и австралийские флаги. Организаторы демонстраций утверждали, что их участники не призывают к войне, а стремятся к свободе.

Митинги шли один за другим. Кляйну вторили лидер “Канадского альянса” Стивен Харпер и премьер-министр Онтарио Эрни Ивз. Но критической точки народное возмущение достичь просто не успело, потому что проблема исчезла сама собой. Никаких скважин Саддам Хусейн не поджег. Промелькнувшие в первые дни войны столбы дыма над семью нефтяными колодцами на юге страны, явно не тянули на 500 миллионов долларов. Дальнейший ход боевых действий сбил с толку и военных стратегов, и политических аналитиков. “Буря в стакане” относительно тушения иракской нефти улеглась. “Safety Boss” махнула рукой на Ирак и вернулась к своей обычной работе в Канаде и в Гватемале. Кстати, эта компания обеспечивала безопасность на саммите “Большой восьмерки” в Кананаскисе.

Сергей Голиков

Обновление от 19.05.2003. 

Путь в Торонто лежит через Женеву

Здравый смысл – великое дело. 8 лет назад к власти в провинции Онтарио пришли консерваторы под девизом “Революция здравого смысла”. Революция была контрреволюцией, так как уводила от социал-демократических традиций Новой демократической партии. Но здравый смысл привел Онтарио к экономическому процветанию.

В условиях кризиса атипичной пневмонии здравый смысл тоже не изменил онтарийцам. Горожане хоть и раскупили дешевые дыхательные маски, но носить их не стали. Над здравым смыслом, предписывающим каждому спасаться от эпидемии, возобладал еще более здравый смысл. Он предупреждал, что осторожность – хорошее дело, но если она бьет через край и переходит в паранойю, то приносит безусловный вред. Эпидемия атипичной пневмонии (SARS), может, сравнительно невелика, но эпидемия страха, слухов, домыслов, подогреваемых СМИ, рискует достичь невиданных размеров. Когда волны улягутся, окажется, что от эпидемии SARS погибли десятки, а от эпидемии паранойи –тысячи человек: потерявшие работу, понесшие убытки, обанкротившиеся.

Напомним о событиях по порядку. Пик атипичной пневмонии в Торонто пришелся на 23-24 апреля (в МВ вышла первая наша статья, посвященная SARS - “Вирус на вырост”). 23 апреля Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) опубликовала предупреждение путешественникам, советуя избегать поездок в Торонто, кроме случаев крайней необходимости. Еще до этого предупреждения ряд организаций, базирующихся в США, отменили симпозиумы и конференции в крупнейшем канадском мегаполисе (об этом мы писали в предыдущей статье). Отменили свои концерты знаменитости - Элтон Джон и Билли Джоэл. Некоторые спортивные мероприятия были под угрозой срыва. Заговорили о провале всего летнего туристического сезона. Город погружался в глубокую депрессию.

Премьер-министр Онтарио Эрни Ивз принял весть о роковом предупреждении ВОЗ, прямо скажем, без энтузиазма. Еще за 2 дня до него в своих выступлениях он и словом не обмолвился о SARS, наверное, чтобы избежать ненужного ажиотажа, а может, не был хорошо осведомлен о предмете. Между тем, атипичная пневмония появилась в Торонто за месяц до предупреждения ВОЗ. Ее распространения можно было совсем избежать, если бы еще в феврале медицинские работники в массовом порядке были проинформированы о новом заболевании.

Уже 11 февраля, сразу после того как Китай впервые проинформировал ВОЗ о вспышке нового заболевания, эта организация начала информационную кампанию по предотвращению распространения инфекции. 14 февраля у болезни появилось имя: атипичная пневмония. 19 февраля вслед за ВОЗ выпустила предупреждение и Health Canada. Новое заболевание уже не было неожиданностью, когда 23 февраля на канадскую территорию впервые ступила нога носителя SARS.

Это произошло в торонтовском аэропорту Пирсон. 78-летняя китаянка, прилетевшая из Гонконга, заразилась от 64-летнего доктора, жившего по соседству с ней в отеле “Метрополь”. Доктор лечил заболевших атипичной пневмонией в китайской провинции Гуандун. Вскоре после приезда китаянка слегла и умерла через 5 дней. Она не обращалась к врачам, ей помогали муж и сыновья. Один из ее сыновей тоже стал жертвой заболевания. 7 марта он явился в госпиталь Scarborough Grace с симптомами атипичной пневмонии. По канадской традиции, сначала он провел 12 часов в приемном покое, ожидая своей очереди. В отношении больного не было предпринято никаких карантинных мер, так как о новой болезни никто не знал. Именно этот человек до своей кончины 13 марта успел заразить своих соседей и медицинских работников, а они разнесли болезнь по всему госпиталю. Scarborough Grace стал эпицентром эпидемии SARS в Канаде. Других очагов этого заболевания здесь не зарегистрировано.

Когда 44-летний китаец обратился к врачам, диагностического теста на SARS еще не существовало. Нет его и сейчас. Это является ключевым фактором в бесконтрольном распространении эпидемии, ведь 14% носителей вируса SARS не выказывают симптомов. Бороться с атипичной пневмонией можно только предупреждением и строжайшим карантином. Инкубационный период SARS равен 10 дням. Главным условием снятия предупреждения путешественникам, наложенного на Гонконг, китайские провинции Гуандун и Шаньси, а также Торонто было требование ВОЗ об отсутствии новых случаев заболевания в течение двух инкубационных периодов, т. е. 20 дней. Первым примером “свободного от SARS региона” стал Вьетнам. Но и Торонто не пришлось долго ждать своей очереди.

23 апреля появление зловещего предупреждения ВОЗ произвело в крупнейшем канадском мегаполисе эффект разорвавшейся бомбы. Канада и без того воспринималась в глазах общественности как “неблагополучный регион” (вся Канада, хотя речь шла об одном-единственном госпитале в одном из ее городов!), а тут такой пассаж уважаемой международной организации, к тому же внезапный. В это время премьер-министр заинтересованной провинции готовит собственное переизбрание, а премьер-министр всей страны играет с Биллом Клинтоном в гольф в Доминиканской республике. У премьеров пасхальные каникулы, и они вовсе не намерены прерывать отдых из-за шумихи в прессе. До каникул Жан Кретьен сходил в китайский ресторан, после каникул – собрал символический пленум кабинета министров в Торонто, тем и ограничился. Между тем, английские коллеги предупреждали: в свое время они тоже пытались “спасти лицо” путем пиаровских акций во время болезни “сумасшедшей коровы”, скажем, раздавали детям гамбургеры. Но это только ожесточило ситуацию, когда она вышла из-под контроля.

На счастье канадских политиков, распространение SARS в Торонто взято под контроль. Помог строжайший карантин, в частности, в отношении работников сферы здравоохранения. Премьер Онтарио Эрни Ивз даже угрожал саботажникам тюремным заключением в больничных стенах. Это произошло уже на следующий день после выдачи “желтой карточки” столице Онтарио. Ивз успел оправиться от ступора, пообщался с федеральными властями и провел пресс-конференцию в “бойцовском стиле”. Он даже позволил себе выпады в адрес ВОЗ, назвав решение этой организации “безответственным и необоснованным”. Ивз заявил, что провинциальное правительство возместит каждый цент людям, вынужденным соблюдать карантин и теряющим от этого доходы (включая частников – self-employed individuals), и что федеральное правительство выделит 10 миллионов на то, чтобы поправить пошатнувшийся имидж Торонто в глазах мировой общественности.

10 миллионов за пиар – именно такую долю “вбросил” в общий банк Жан Кретьен. Вернувшись из Доминиканской республики 24 апреля, то есть на следующий день после фатального предупреждения ВОЗ, Кретьен позвонил главе этой организации Гро Гарлем Брюнтланд (Gro Harlem Brundtland), в прошлом – премьер-министру Норвегии. Не исключено, что ранее госпожа Брюнтланд и Кретьен встречались на высшем уровне. После этого звонка проявила активность и министр здравоохранения Энн Маклеллан, написав письмо в Женеву. Письмо обрисовывало ситуацию в Торонто (в двух словах: все под контролем) и включало довольно сердитые сетования на то, что ВОЗ публикует предупреждения путешественникам… без предупреждения.

Письмо улетело в штаб-квартиру ВОЗ в Женеву вместе с онтарийским министром здравоохранения Тони Клементом, который возглавлял внушительную делегацию из политиков федерального, провинциального и муниципального уровней. Члены делегации пригласили представителей ВОЗ в Торонто и убедили их пересмотреть свое решение. В результате такого нажима уже на следующей неделе ВОЗ “не забыла” о ключевой дате 29 апреля, когда исполнялось 20 дней (то есть 2 инкубационных периода) с момента последнего случая заболевания SARS в Канаде. Уже на следующий день, 30 апреля, предупреждение путешественникам в отношении Торонто было снято. Город “пошел на поправку” в мировом общественном мнении. Не омрачила этого факта и очередная смерть от SARS, случившаяся в тот же день, 30 апреля. 39-летний мужчина стал самой молодой жертвой нового заболевания в Канаде.

Мне эта история напомнила эпопею годичной давности с серебряно-золотыми медалями канадских фигуристов Сале-Пелтье. Тогда серебряные медали тоже были “позолочены” под нажимом общественности. И сейчас канадцы смогли “уговорить” серьезных людей из ВОЗ, выторговать себе послабление. С той разницей, что в нынешней ситуации нажим был более чем оправдан. Речь шла о тысячах потерянных рабочих мест. Это вселило в головы многих представителей частного бизнеса здравый смысл, проявленный властными структурами. Так, компания “Rogers” проспонсировала для всех желающих билеты на бейсбол за… $1. Благодаря этому стадион SkyDome 29 апреля впервые в сезоне был заполнен до отказа. Приехавшие играть с “Toronto Blue Jays” бейсболисты из Канзас-сити подписывали автографы своими собственными ручками – вот вам и вся дезинфекция!

Если 5-долларовые билеты на самую высокую башню в мире “CN Tower” и бензин по 49,9 центов за литр на выходных (“Esso”), не считая скидок на проживание в гостиницах, не сделают свое дело, то поможет рекламная кампания Торонто, которая начнется в самые ближайшие дни в газетах и на телеканалах Бостона, Нью-Йорка, Детройта, Сан-Франциско, Сиэтла, а также Франции, Германии и Италии. Она будет стоить как раз те самые кретьеновские 10 миллионов и продлится все лето до осени.

Чтобы лишний раз не пугать потенциальных туристов, в аэропорту Пирсон тем временем… упрятали подальше прибор инфракрасного облучения, бесплатно предоставленный Канаде в качестве единственного условия ВОЗ для снятия предупреждения путешественникам. Прибор всего лишь определяет температуру тела. При этом он запросто может принять беременную женщину за носителя SARS (ключевой симптом заболевания – жар). Поэтому министр здравоохранения Энн Маклеллан во всеуслышание засомневалась в его эффективности (такие приборы действуют в Сингапуре и Гонконге, но не выявили еще ни одного инфицированного), а федеральные власти с виду подчинились требованию ВОЗ, только чтобы «не сердить» строгих представителей этой организации.

Сергей Голиков