Выпуск 120(195)            Рубрика обновляется еженедельно!

E-mail – не игрушка!

Почти во всех канадских провинциях в этом году прошли (или еще предстоят) выборы. Это особенное время в политическом календаре. Когда начинаются горячие предвыборные дни, вежливые взрослые люди, которые, в принципе, хорошо знакомы друг с другом и обычно прекрасно проводят время вместе за игрой в гольф или на барбекью, становятся злейшими врагами, учатся говорить друг о друге невероятные гадости и готовы на все, чтобы завоевать общественное мнение и оставить противника в меньшинстве.

Ни для кого не секрет, что в последние годы под влиянием, должно быть, глобализации и «нового мышления» границы политического спектра стираются. Те, кого считают «правыми», «консерваторами», стараются проводить более мягкую политику, смещаются к центру, к «болоту». Именно за это, кстати, невзлюбил бывшего онтарийского премьер-министра Эрни Ивза традиционный «консервативный» электорат – деловые круги провинции. Ему вменяли в вину мягкость (или мягкотелость?), неустойчивость, ненадежность. Нет, открыто Ивза не ругали. Но молчание бизнесменов в преддверии выборов говорило о многом. Они отвернулись от «второсортного» лидера консерваторов в пользу либерала Макгинти, устроив ему овацию на встрече элитных обществ «Canadian Club» и «Empire Club».

С другой стороны, «левые», приверженцы «прогрессивных идей», все больше влюбляются в консерватизм. Недавно на канадском телевидении пошутили: «Стоит ли говорить об «объединении правых партий» (имеются в виду «Канадский альянс» и консерваторы), когда все настоящие правые уже давно объединились вокруг Пола Мартина?» Действительно, будущий премьер-министр Мартин – либерал по партийной принадлежности, но консерватор по взглядам и по проводимой им политике.

Когда грани между противоположностями смыты, становится легче выбирать. Выборы превращаются в простейший плебисцит, в безупречно работающую схему ротации правящих слоев. Она действует приблизительно так: в условиях назревающего бюджетного дефицита оппозиционная партия заявляет о своей повышенной «честности», о намерении радикально уменьшить размеры правительства, о благоразумной фискальной политике и т. д. Партия, находящаяся у власти, сулит избирателям более земные блага: расходы на социальные программы, помощь наиболее нуждающимся. Как правило, несмотря на все эти посулы, она проигрывает. Проигравшего «выносят». Кстати, именно в провинциальных выборах очень часто имеет место радикальная смена власти: партия, обладавшая большинством, остается буквально у разбитого корыта.

Вместо «циничного» правительства, потерявшего доверие избирателей, приходят сторонники «перемен», «прозрачности», чуть ли не нового общественного договора. (Заметьте: абсолютно неважно, «правые» они или «левые»). Но проходит четыре года, и эти разумные правители мало-помалу... теряют свой разум. Как и предшественники, они раздувают размер правительства, тратятся на нестоящие того программы, наконец, приводят провинцию к бюджетному дефициту. А в спину им дышат новые «творцы перемен», чаще всего те самые, которых они выкинули из законодательного собрания несколько лет назад...

Эта схема действует почти безотказно. Провинциальные правительства сменяются в Канаде если не через 8, то через 12 лет (через 2 или 3 срока). При этом роль идеологии во время предвыборной кампании сводится к минимуму. Отсюда и внезапные «выкрутасы» канадских политиков, которые могут озадачить. Но что поделаешь! Когда «борьба идей» в обычно недолгой избирательной кампании (она редко длится больше месяца) практически исключена, в ход идут любые методы.

В преддверии выборов в Саскачеване, которые должны состояться 5 ноября, обе стороны заключили символический «пакт о ненападении»: договорились о том, что не станут использовать грязных технологий. Между тем, как всегда при заключении подобных договоренностей, каждая из сторон уже «держала камень за пазухой». Первыми отличились оппозиционеры из «Партии Саскачевана», которым прочат победу на выборах. Эта партия была образована в 1998 году в противовес новым демократам, правящим в провинции уже 15 лет. Партия исповедует консервативную программу. Голосуют за нее в основном деревенские округа. В Саскачеване фермеры имеют существенный вес – на последних выборах «Партия Саскачевана» едва не победила и сейчас занимает в законодательном собрании 26 мест против 28 у новых демократов.

Накануне нынешних выборов новые демократы путем махинаций, характер которых в прессе не разглашается, узнали о наличии у «Партии Саскачевана» базы данных с именами более 2500 госслужащих, так или иначе связанных с НДП. По версии оппозиционеров, этот список был составлен с исследовательскими целями. Однако новые демократы немедленно окрестили его «черным списком» и предположили, что каждый, находящийся в нем, будет уволен, как только «Партия Саскачевана» придет к власти.

Еще до официального объявления предвыборной кампании бойцы в стане новых демократов задумались над тем, как побольнее уколоть врага «черным списком». Обменивались и-мэйлами, делились идеями. Решили нарисовать карикатуру. Марв Шульц, начальник администрации министра финансов, предложила изобразить лидера «Партии Саскачевана» Элвина Хермансона в виде покупателя в овощном магазине. Вокруг него – салатные кочанчики, помидоры и огурцы, в ужасе умоляющие не заносить их в «список». Идея не пришлась: слишком мало остроты. Начальник администрации премьер-министра Лорна Калверта Эд Чоржевски подбадривал участников электронной рассылки НДП: мол, проявите ваши таланты, разбудите в себе креатив! Сотрудник в министерстве автомагистралей Дэйв Дегенштейн предложил нарисовать Хермансона, татуирующего на руках сочувствующих НДП порядковые номера. При этом Дегенштейн «шутил»: «Люблю черный юмор», но рисовать ничего не стал. Его идею продолжил координатор новых демократов по связям с общественностью Карло Байнда. Он использовал предложенную Дегенштейном нацистскую тематику и изобразил лидера Партии Саскачевана в форме эсэсовца, отправляющего членов НДП в концентрационные лагеря. Карикатура, разосланная примерно 40 сотрудникам аппарата НДП, не предназначалась для широкой публики. Сделано это было 29 сентября. Надо думать, лица осведомленные посмеялись и забыли о ней.

Но пришлось вспомнить. В наш век технологического прогресса обмениваться электронными письмами даже слегка сомнительного содержания – заведомо подставлять себя. Особенно, если вы надеетесь на важный пост в гражданской администрации. То ли рассылка НДП была открыта для журналистов, симпатизирующих оппозиции, то ли в стане правящей партии нашелся предатель, но о карикатуре стало известно самому Хермансону в тот же день, когда она была нарисована и опубликована в узком кругу. А может быть, на вооружении «Партии Саскачевана» находятся опытные хакеры? Так или иначе, оппозиционеры получили важный козырь и придержали его, пока не началась предвыборная кампания. По их словам, хотели перепроверить авторство карикатуры. Только на днях оскорбительный документ попал на первые страницы газет.

Карикатура вызвала бурю протеста со стороны еврейских общественных организаций. Элвин Хермансон и члены «Партии Саскачевана» были оскорблены в лучших чувствах. В НДП полетели головы. Автор рисунка Карло Байнда ушел в отставку. На следующий день был уволен Дэйв Дегенштейн: рука судьбы прошлась прямо по тексту электронных писем, опубликованных в прессе в качестве подписи к карикатуре. Лидер новых демократов Лорн Калверт за 2 дня дважды извинялся: сначала на радиоволнах, потом в телефонном разговоре с Элвином Хермансоном. Правда, Хермансон остался недоволен извинениями: на его взгляд, они не искренни. Но какой искренности можно требовать от Калверта, когда он, должно быть, кусает пальцы: расслабился, опростоволосился и пропустил удар!

Похожим образом вел себя перед выборами бывший премьер-министр Онтарио Эрни Ивз. В прессу проник и-мэйл, предназначенный для узкого круга организаторов и ведущих деятелей консервативной партии, в котором их противник, лидер либералов Долтон Макгинти был назван «зловещим ископаемым кошкодавом с другой планеты» («evil reptilian kitten-eater from outer space»). Этот момент широко освещался в прессе. Правда, репрессий по его мотивам не последовало: рассылка была закрытая, шутка относительно нейтральная (хотя и глупая), так что дело замяли. Но Ивз не унимался: даже выступая на широкой публике, он не слишком церемонился, рассказывая о своем политическом противнике. Лидер консерваторов упрекал лидера либералов в демагогии: «Макгинти болтает все, что только придет в его длинную, остроконечную голову». Через несколько дней Ивз винился: мол, допустил осечку, мои слова были неприемлемы. А Долтон Макгинти на волне успеха в общественном мнении высокопарно сетовал: «Не тот Эрни Ивз, не тот. Я знал его совсем другим». Словесные уколы лидера консерваторов дали Макгинти редкую возможность блеснуть остроумием. На одном из ток-шоу ведущий пригласил его померяться силами и назвал «крутым парнем из либералов». Макгинти отшутился: «А что, если я проткну тебя своей головой?»

Эрни Ивз допускал грубость только от безысходности. Еще до выборов все в Онтарио знали, что время консерваторов истекло. После выборов эту уверенность подкрепили цифры. Партия Макгинти выиграла 72 места в законодательном собрании. Консерваторы – 24. Примерно такой же расклад был и до голосования, только в противоположную сторону. При этом явка избирателей оказалась рекордно низкой: 55% (на прошлых выборах она составила 58%). То есть, даже голосуя за перемены, канадцы делают это нехотя. В подобной апатии нельзя не винить застой в политической жизни страны, характер которого обрисован в начале статьи. Выборы, особенно в провинциях, превратились в плебисцит, когда правящую партию либо «с энтузиазмом поддерживают», либо «выносят». При этом идейные пристрастия канадцев не играют никакой роли. А «удары ниже пояса» становятся единственным развлечением и главным фактором во время предсказуемой и малоувлекательной избирательной кампании.

Сергей Голиков