Выпуск 120(195)            Рубрика обновляется еженедельно!

Обновление от 11.17.2003

Гадкий утенок

Как я люблю тебя, халат!

Одежда праздности и лени,

Товарищ тайных наслаждений

И поэтических отрад!

Пускай служителям Арея

Мила их тесная ливрея;

Я волен телом, как душой.

От века нашего заразы,

От жизни бранной и пустой

Я исцелен – и мир со мной!

Царей проказы и приказы

Не портят юности моей -

И дни мои, как я в халате,

Стократ пленительнее дней

Царя, живущего некстати.

Николай Языков, «К халату», декабрь 1823

С кем и с чем только не сравнивали Жана Кретьена! Времени было достаточно: Кретьен впервые переступил порог Палаты представителей в 1963 году. Премьер-министром тогда был Лестер Пирсон. В зале Парламента не было телекамер, а в здании (о ужас!) можно было курить. Депутаты не имели права говорить по бумажке. Кретьену тогда еще не было тридцати. Застенчивый франкофон из Шавинигана (читай: Урюпинска), не знавший ни слова по-английски, с зачаточной юридической практикой за плечами, мог ли он мечтать о том, что через 30 лет станет первым человеком в стране?

Сегодня, спустя уже 40 лет, Жан Кретьен на собственном опыте показал, как из «никого» стать «всем». Его семья была «красной»: в канадском котексте, либеральной. В доме Кретьенов поощрялись антиклерикализм и свободомыслие. Отец трудился на трех работах, чтобы прокормить семью в период Великой депрессии и дать детям хорошее будущее. Жан Кретьен получил образование в ведущих пансионах провинции. В колледже Жолиетт вместе с ним обучался будущий премьер-министр Квебека Бернар Ландри. Несмотря на принадлежность с юных лет к «высшим сферам» истэблишмента, снобом Жан Кретьен никогда не был. Скорее, наоборот: терпеть не мог снобов. Возможно, в этом причина его подсознательной неприязни к Полу Мартину, «человеку большого бизнеса». Ни для кого не секрет, что Кретьен и Мартин за время совместной работы образовали прочную связку. Устранив Мартина в 2002 году, Кретьен фактически сыграл ему на руку, обеспечив легкий переход к власти через год с небольшим. В тени «задних скамеек» Парламента бывшего министра финансов не смущали ни упреки оппозиции, ни непростые решения, которые в то время приходилось принимать законодательному собранию. Но ни для кого не секрет, что Кретьен с Мартином по-человечески терпеть друг друга не могут.

Будущий премьер-министр отличается от бывшего премьер-министра во всем. Мартин предпочитает уничтожить проблему еще до ее появления. Кретьен не крестится, пока не грянет гром (в Канаде это называют «этикой водопроводчика»). Он берется за дело, только когда проблема уже громко заявила о себе и определились все противоборствующие стороны. Но берется, засучив рукава. Так было с референдумом об отделении Квебека в 1995 году, затем – в 2003 году во время вторжения в Ирак. Оба раза Кретьен тянул, оттягивал, будто надеялся, что проблема «рассосется»... А затем – бросался в круговорот бурлящих мнений, не боясь устроить политический шторм (после референдума он провел «Акт ясности»; после решения не отправлять солдат в Ирак санкционировал кампанию антиамериканизма в канадских СМИ). В 1995 году из-за попустительской политики Кретьена (в английском и французском языках обозначаемой выражением «laisser faire») Канада чуть было не стала второй крупной страной, развалившейся после Советского Союза. «Парню из Шавинигана» повезло чудом: всего полпроцента оставили его в кресле премьер-министра. Правда, эти же полпроцента отняли у него место в истории: место последнего канадского премьера. Впрочем, нужна ли ему такая память?

Кретьен феноменально нетщеславен. При этом он ничуть не бессребреник. В 2001 году благодаря истории с гостиницей «У бабушки» мы узнали, что у него есть поле для гольфа, другая недвижимость. В последние годы канадский премьер-министр предпочитал совмещать встречи на высшем уровне с приятным: например, прошлой весной он съездил в Доминиканскую республику, где подписал соглашение о свободной торговле между Канадой и этой страной, а заодно поиграл с «другом Биллом» (имеется в виду, конечно же, Билл Клинтон) в гольф на лучшем из полей. Наконец, Кретьен никогда не сторонился комфорта. Об этом говорит недавняя покупка трех лайнеров для собственных представительских поездок.

Несмотря на все эти приметы «широкой жизни», несмотря на 150-тысячную пенсию, которая ждет его после февраля 2004 года, Кретьен останется в памяти всех канадцев «своим парнем». Его самый главный успех – не в проведенных им законопроектах, не в интригах и победах над оппозицией. В 90-е годы оппозиция, как никогда, была сама виновата в своих поражениях. Главный успех Кретьена – в беспрецедентной народной любви, любви, которая в капиталистическом обществе выражается в процентах поддержки и не меркнет во все время правления «простого парня из Шавинигана». Он был первым канадским премьер-министром, покидавшим свой пост с таким же уровнем популярности, что был и при его избрании. К Кретьену привыкли. Его сравнивали с потрепанным костюмом, купленным 40 лет назад и пережившим все мимолетные веяния моды. С августа прошлого года до сегодняшнего дня ни репортерам, ни комментаторам не удалось приклеить к премьер-министру ярлык «хромой утки»: человека, лишь номинально держащего бразды правления. Скорее, в народном мнении он был «гадким утенком», которого любили за недостатки, даже физические. 10 лет назад, в 1993 году, правящая Прогрессивно-консервативная партия перед лицом неминуемого поражения прибегла к насмешкам над обликом Кретьена. Действительно, лидер Либеральной партии не укладывался в типичные представления о премьер-министре (особенно если сравнивать его с «франтоватым» аристократом Малруни). Как отреагировал на выпады сам объект насмешек? Его полный достоинства ответ погубил консерваторов в общественном мнении: «Да, у меня есть физический дефект. Когда я был маленьким, надо мной смеялись. Но я смирился с этим дефектом, потому что Бог дал мне другие качества, и я благодарен ему за это».

Кретьена любили. Его «проделки», грубоватые манеры, пренебрежение к обоим государственным языкам только прибавляли ему харизмы. В сегодняшней политике необходимо отчасти быть клоуном. Кретьен знал это и практиковал себе на пользу, но не злоупотреблял карнавалом. В частной жизни он спокоен и мечтателен, по натуре философ. Вспоминая свои 40 лет в политике, Жан Кретьен сравнивает эту деятельность с прогулкой по тонкому льду: только зазеваешься, как попадешь в полынью. Раз – и тебя уже нет. Кретьен рад каждому дню, проведенному на Парламентском холме. Рад, что день закончился без «полыньи». Это другая сторона его «попустительской политики»: умение радоваться мимолетному, человечность, житейская мудрость.

Жана Кретьена особенно любили карикатуристы: он был их благодарнейшей моделью. Журналистам также будет сильно не хватать экс-премьера. Этого еще никто не осознает, кроме самого «виновника торжества». Несмотря на феноменальную популярность, Жана Кретьена фактически вытолкали за порог члены собственной партии. В этой связи любопытно было наблюдать чествование премьер-министра в Парламенте 7 ноября, в последний день его работы в Законодательном собрании. Было пролито немало слез: в основном, соратниками Кретьена по кабинету министров, которые будут выброшены из своих лимузинов с приходом к власти Пола Мартина. Кретьен слушал хвалебные речи в его честь с иронической ухмылкой: мол, я-то знаю всю вашу подноготную... Меньше всего премьер-министр походил на лидера, готового к отставке. Верится, что он еще вернется на канадскую или международную сцену в ином политическом амплуа. Силы для этого у него есть. В последнюю неделю в Парламенте Кретьен оказался под огнем оппозиции, едва сойдя с самолета после долгого азиатского турне. (Кстати, и там Кретьен опять попал в переделку – его чуть не затоптали в Армитсаре: в день 10-летия своего избрания премьер-министром он решил совершить паломничество к сикхской святыне Золотому храму). В чем на сей раз суть критики правых консерваторов? Сразу нескольких министров обвинили в том, что они бесплатно гостили у богатого семейства местных «олигархов» Ирвингов в Нью-Брансуике. В развлечения входили: авиабилет туда-обратно, лов лосося и последующая его дегустация. Министры вынуждены были извиняться за любовь к «халяве» и один за другим отсылали Ирвингам чеки «за гостеприимство». Лишь Жан Кретьен не был настроен просить прощения. В ответ на нападки лидера Прогрессивных консерваторов Питера Маккея (ныне действует в связке со Стивеном Харпером) Кретьен пригвоздил его к позорному столбу за предательство по отношению к Дэвиду Орчарду, с которым Маккей заключил сделку о неслиянии с «Канадским альянсом». 69-летний премьер-министр был «в ударе». Спустя 40 лет он демонстрировал все те же бойцовские качества, которые привели его к высотам власти.

Сергей Голиков